– Это просто шутка была, даже Бруни его подсовывать – это слишком!
Олберт не удержался от смеха:
– Ну, это показалось мне забавным.
– Значит, сам и виноват, – припечатал Даррен.
Тут и я не выдержала и расхохоталась:
– Зато бумеранг сработал!
Муж метнул на меня предупреждающий взгляд, а Олберта, судя по всему, озарило, и он развеселился еще больше:
– Кстати, а что ты написала о Даррене в своем реферате?
– Не твое дело, Эриан, – хмыкнул принц. – Побудешь в крыле целителей, пока твой отец не вернется.
Потом можешь отправляться на все четыре стороны, под Вечной клятвой, разумеется.
– Как скажешь, ваше высочество, – ухмыльнулся Олберт.
В дверь неожиданно постучали, и Змей, приложив палец к губам, повернул ключ в замке.
– Лорд Итон, – со страхом произнес один из целителей, – простите, остальные помещения были не готовы, и…
– Вы еще за это ответите, – пригрозил Даррен. – Эриана Олберта поместите в отдельную палату, адептке Рэйн уже намного лучше.
Вошедшие целители изумленно уставились на меня, но я успела повернуться, чтобы они не заметили мою зажившую щеку, и успокоила их:
– И правда намного лучше, переломов, как у Олберта, у меня нет.
Целители покачали головами, но спорить с ректором никто не рискнул. Двое из них помогли Эриану спуститься с кровати и проводили до двери.
– Я зайду к вам позже, Олберт, – предупредил Даррен.
– Как скажете, лорд Итон, – кивнул тот.
Едва мы остались в палате одни, Змей быстро шагнул ко мне, заключил в объятья и впился в губы жадным поцелуем.
Не могу сказать, что я этого не ожидала, скорее, наоборот, это было необходимо не только Даррену. Мурашки быстро проскакали по телу, и, кажется, даже регенерация пошла быстрее. Я обняла мужа за шею, но неожиданно глаза защипало, я всхлипнула, а затем от души разрыдалась, выплескивая накопившиеся эмоции. Слишком тяжелый день… Даррен прерывисто вздохнул, уселся на кровать и посадил меня к себе на колени. Я вцепилась в его плечи и затихла. Он гладил меня по волосам и молчал, я тоже не знала, что сказать.
– Я испугался, когда узнал о том, что произошло на зельеварении, – наконец нарушил молчание Змей.
– Почему, чтобы ты перестал на меня огрызаться, я должна едва ли не умереть? – не удержалась я.
– Потому что только у Колючки получается выводить меня из себя! Но в отличие от некоторых, я хотя бы не разношу полигон. И не вешаюсь на других адептов! – неожиданно зло сказал он.
– Ревнуешь? – радостно спросила я.
