А я была совершенно не против! И понимала, что чувствую себя счастливой только рядом с ним, несмотря на то, что далеко не по каждому вопросу у нас одинаковое мнение. С другой стороны, может, это и неплохо? Ведь потихоньку стала прислушиваться к нему, как и он ко мне.
Но не удержалась от язвительности, когда еще перед трапезой Даррен подвел меня к шкафу и предложил на выбор любое из пары десятков платьев, висевших на плечиках.
– Неужели любовницы забыли? Да я лучше в простыне пойду!
От моей одежды ведь ничего не осталось… почти.
– Ты мне льстишь, милая, – парировал Змей. – Или обижаешь? Всего лишь был подкуплен твой портной в столице.
– Подожди-ка. – Я резко вырвалась из его объятий. – Ты знал, что мы помиримся?
– А ты нет? – поднял бровь Даррен.
– Нет!
– Ты все-таки дура, Лекса, – ухмыльнулся он, – кто бы тебя отпустил?
– Змей!
Муж со смехом вытащил меня на просторный балкон, и слова протеста застряли в горле. Замок находился на холме; прямо перед нами простирались высокие горы с вершинами, скрытыми в густых облаках, а невдалеке бились о камни крутые волны.
Море! Надо же!
– Это же не Драконьи горы? – с опаской спросила я.
– Да у тебя не только в истории пробелы, – засмеялся Даррен. – Нельзя же быть настолько невежественной, милая. Конечно, нет. Тарринские, если ты забыла. Или не знала?
Я насупилась.
– Тебе бы только поиздеваться…
– Думаешь? – подмигнул муж, неожиданно привлек меня к себе спиной, и я изумленно ахнула. За перилами балкона в воздухе появился знакомый кактус с сине-фиолетовым цветком, но в этот раз его обвивал огромный черно-зеленый змей.
Надо же, он признал свое прозвище!
– Люблю тебя, Колючка, – шепнул Даррен. – Да, и в этом я тоже признался."
"Богиня, опять говорю вслух! Но я даже не стала переживать по этому поводу. Просто остаться бы в этом замке на неделю, две, месяц, всю жизнь… и никого не видеть, кроме Змея.
Как жаль, что все хорошее быстро заканчивается. Утро встретило прохладой и пасмурной погодой, словно намекая – пора возвращаться.
Но куда именно?
Вчера Сана несколько раз пыталась со мной связаться, но я не была готова отвечать. Как бы ни защищала ее перед Дарреном, разговор с сестрой предстоял серьезный и не слишком приятный, но, само собой, не по браслету.
Муж заявил, что мы отправляемся в столицу: он твердо решил встретиться с Эммой. Это пугало меня даже больше, нежели разговор с сестрой. Но тянуть было нельзя, у Ферта осталось не так уж много времени.
