Его встретил точно такой же ошарашенный отец, который с порога заявил:
- Ничего не понимаю… что случилось? Вика звонила, я уж не выдержал, подошёл… говорит, ты её просто убьёшь теперь. Рыдает. Просит помочь.
Серебров рассмеялся. И ржал довольно долго, пока отец стоял в стороне и смотрел на него так, словно думал, надо ли вызывать психиатров, или уже поздно.
- Помочь она просит. Сбежать бы ей уже куда-нибудь, что ли, - отсмеявшись, устало проговорил он. - Пойдём.
Они с отцом зашли в родительскую спальню. Ян кивнул на кресло, стоящее перед узким столом, на который впоследствии водрузил ноутбук.
Отрывисто попросил:
- Сядь.
Когда отец исполнил его просьбу, больше смахивающую на приказ, Серебров склонился к папе и тихо проговорил:
- Посмотри интересное кино, пожалуйста. И задай себе вопрос: какого чёрта тогда, шестнадцать лет назад ты пошёл на поводу у лгущей тебе в глаза дряни, утаив от сына то, что он просто обязан был знать?
Ян с силой ударил ладонью по столу. Отец испуганно вздрогнул.
- Я обязан был тогда знать обо всём, слышишь?!
Он распрямился и включил запись.
Сам отошёл к окну, заложил руки в карманы брюк и попытался отрешиться от всего. Особенно - от звуков, которые доносились с экрана ноутбука.
Поступал ли он жестоко с отцом? Возможно. Но не промолчи тогда Серебров-старший, всё было бы совсем иначе. Ян бы не потратил шесть лет жизни на ту, которую сейчас хотелось раздавить, словно ядовитую гадюку. Он, пожалуй, получил бы повод жить, гораздо более ощутимый, чем наличие рядом любимой женщины, что «вытаскивала его из депрессии».
Тварь и сволочь. Провернув такое с Марком, она окружила Яна заботой. Она лгала, прикрывая свою шкуру. Она уговаривала отца молчать, чтобы не навредить второму сыну ещё больше. Какая же продуманная тварь…
Возможно, тогда бы его жизнь повернулась совсем иначе. Наверняка он бы не встретил Арину…
Вероятно, никогда бы её не узнал.
Но Плюснова бы понесла заслуженное наказание.
Арина. Её образ встал перед глазами, и Сереброву до зуда в кончиках пальцев захотелось, чтобы сейчас жена была рядом.
Чтобы стояла с ним плечом к плечу возле этого окна, а потом просто вложила свою ладонь в его руку…
Когда за спиной раздался всхлип, Ян повернулся и посмотрел на отца. Тот был бледнее мела, на лбу - выступила испарина, а губы посинели. Подойдя к ноуту, Серебров захлопнул крышку и, присев на край стола, сложил руки на груди.
- Ну? Надеюсь, хотя бы об этом ты не знал, папа?
Владлен замотал головой.
