Когда же у подъезда остановился наш Фольксваген и из него вышел явно торопящийся домой Серебров, в моей голове всё напрочь запуталось и превратилось в кашу. И мне оставалось только надеяться, что вообще смогу найти слова, когда встречусь с мужем лицом к лицу.
- Арюш! - позвал Ян с порога."
"Я в это время трусливо пряталась в нашей с ним спальне, давая себе последний шанс на то, чтобы передумать и не заводить разговоров ни об одной из тех проблем, что нарисовались передо мной. Но уже знала - не выдержу. Не смогу делать вид, что всё в порядке, хотя это совсем не так.
И рано или поздно случится прокол - я так или иначе выведу сама на эту тему, после чего неминуемо последуют разборки.
Мы с Яном столкнулись на пороге комнаты - он, очевидно, искал меня, так и не дождавшись ответа, я - направилась к мужу с чёткой целью расставить все точки над «ё».
- Привет, - сказала Сереброву, чтобы произнести хоть что-то.
Он нахмурился и оглядел меня с ног до головы. Застыл взглядом на полном марафете, что так и оставался на лице, после чего спросил:
- Ещё не готова?
Я покачала головой, а на губах помимо воли появилась кривая усмешка.
- Уже не готова, - сказала мужу и, развернувшись, вновь вошла в спальню. Ян последовал за мной.
- Ты дуешься? Прости, мась… я просто не мог приехать раньше, - сказал он, и в голосе его слышалось искреннее сожаление.
- И к телефону подойти тоже не мог? - уточнила в ответ, повернувшись к Сереброву.
- И к телефону тоже, - неожиданно жёстко произнёс он. - Аврал на работе.
- Ммм, - протянула я в ответ, не веря ни единому слову. - Кстати, если тебе интересно, Кирилл сейчас у твоей мамы. Я отправила их отсюда, чтобы обсудить с тобой кое-что важное.
Сказав это, присела на край постели, на которой лежали те самые документы из клиники. Посмотрела на Яна, но он, кажется, напрочь не замечая бумаг, просто стоял в паре метров и хмурился, не понимая, о чём пойдёт речь.
- Давай обсудим, - наконец передёрнул он плечами и, подойдя к креслу, что стояло напротив кровати, устроился в нём.
Оперся локтями на ноги, руки сложил в замок на коленях. Подался ко мне, причём на лице Сереброва было выражение из разряда: «И чего она там себе вдруг придумала?».
Я сделала глубокий вдох, подбирая фразу, с которой стоило начать разговор. Слова так и просились наружу, причём довольно хлёсткие и едкие, но я сдерживала их.
- Пока тебя не было и ты был вне зоны доступа, мы с твоей мамой очень волновались, - зашла я издалека.
