Устроился за столом, начал что-то писать, попутно спрашивая у Сереброва, когда им с Киром будет удобно, чтобы анализы были взяты на дому.
Ян же вертел в руках телефон, мысленно набрасывая фразы, которые собирался сказать Вике. И как только врач ушёл, набрал номер Плюсновой.
Она ответила далеко не сразу. Это промедление породило у Сереброва желание малодушно нажать на отбой и решить с самим собой, что на этом его миссия завершена. Но он терпеливо продолжил дозваниваться до Вики.
- Да? Хочешь сказать ещё одно «поздравляю»? - наконец, раздался её голос, в котором слышалось отчётливое недовольство.
Это разозлило. Уж кто и должен был испытывать это чувство, так вовсе не Вика.
- Нет. Звоню, чтобы запретить тебе и дальше лезть туда, куда не стоит. Твой сын - это только твой сын. Он не внук моих родителей. Он мне никто. Так что на этом всё, Вик. Я не потерплю вмешательства в мою жизнь и жизнь моей семьи.
Серебров сказал это, и в душе его разлилось… облегчение. Такое, какого не ощущал уже давно. Вика же молчала, но трубку класть не спешила.
- Хм, а ты уверен в том, что имеешь право говорить за всех? За своих родителей, например? - всё же спросила она тихим и, как ему показалось, угрожающим тоном.
Даже холод по спине побежал от того, как прозвучали эти слова.
- Уверен, - отрезал Ян. - Они тоже не хотят никаких контактов ни с тобой, ни с твоим ребёнком. На этом всё.
Он собирался положить трубку, когда вдруг Вика заговорила - торопливо, будто зная, что Серебров может сначала прервать разговор, а потом сделать так, что она никогда ему не дозвонится.
Что, собственно, Ян и собирался сделать.
- Зря ты так. Только не подумай, я не для того говорю, чтобы напомнить тебе о прошлом… о том, как была рядом с тобой. Просто вдруг ощутила себя такой одинокой. А вы мне как семья. И я хотела, чтобы у Яна моего тоже была семья. - На этих словах фоном послышался крик ребёнка. - Бабушка, дедушка… папа. Тем более, что и Владлен Борисович вот мне звонил… интересовался. И мне теперь очень крепко нужно подумать - пойти у тебя на поводу, или у интересов своего сына.
Прощай.
Голос Вики и плач стихли. Ян убрал трубку от уха и посмотрел на экран. Вика завершила разговор, но если минутой назад ему это казалось желанной точкой, то теперь с ужасом, вызывающим лишь оторопь, он осознал - это было многоточие в их бесконечный, чёрт бы её побрал, истории.
Потому что Плюснова, кажется, не собиралась отступать. И только что сказала ему об этом прямым текстом.
