Сначала это происходило естественным путём, затем - обратились в клинику для процедуры ЭКО. Каждая из них была таким испытанием для обоих, что этого не передать словами.
Марк крепче впился пальцами в парапет - я видела это, потому что теперь смотрела не на небо, а на мужчину рядом, скосив на него глаза.
- Вика нервничала, у нас не получалось. А она словно помешалась на ребёнке. После того, как в третий раз нас ждала неудача, у Вики случилась истерика. Тогда она кричала, что готова на всё - даже пойти и… попытаться заиметь малыша от кого угодно.
Меня передёрнуло от услышанного. Мой муж был этим самым «кем угодно»? Или Вика действовала по какому-то плану?
- Я был в курсе того, что ваш муж сдал семя для Вики, - признался Марк. - И даже в некотором роде успокоился, когда это случилось. Если бы не одно «но». Вику с тех пор как подменили. Она стала холодной, отстранённой. Всячески давала понять, что отныне я - совершенно чужеродный элемент в её жизни.
- Вас заменил мой муж? - выдавила я из себя, изо всех сил пытаясь совладать мысленно с услышанным.
Неужели Ян всё это время был рядом с Викой? Ведь нужна же была ей поддержка, помощь… опора? Или для этой женщины фигура отца её ребёнка была неважной, лишь бы получился малыш? Но зачем тогда ей понадобился именно Ян? Неужто нельзя было прибегнуть к помощи анонимного донора?
- Я не знаю, что вам говорил ваш муж, Арина… - тихо произнёс Марк, поворачиваясь ко мне."
"Окинул тёмным взглядом, от которого внутри у меня всё обдало ледяным холодом.
Захотелось сорваться с места и сбежать. Но я ведь приехала сюда по доброй воле и, кажется, прекрасно понимала, что ничего хорошего в итоге не услышу.
- Знаю, что не так давно он лично возил Вику в клинику, когда у неё возникла угроза преждевременных родов. И, как я понял, вы об этом ничего не знали.
Я отшатнулась от парапета. Серебров лично возил свою бывшую в клинику… Могла поспорить - это было в тот момент, когда я ждала его с работы. Сделал вид, что задержался, а сам отвёз Вику ко врачу.
Повернувшись к Марку, я воззрилась на него с таким ужасом, что у меня внутри всё похолодело. И когда Ромин потянулся ко мне и сжал в своей широкой ладони мои пальцы, мне как будто стало легче хотя бы на мгновение.
Встряхнув головой, я выпростала руку и запрокинула голову. Захотелось вновь смотреть на небо, как будто это могло помочь справиться с тем, что бушевало внутри.
- Нет. Я этого не знала. И сейчас уже не уверена, что хотела бы знать.
