Отложив тарелку и отставив бокал с недопитым гранатовым соком, я осторожно поинтересовалась:
- Ты ведь родителей и Кирилла из дома не просто так отправил?
Спросила, а у самой сердце быстрее застучало. Интуиция подсказывала, что за время моего отсутствия наверняка что-то напроисходило. И я прекрасно понимала, с кем именно связаны те события, что сейчас угнетали Яна.
Он поджал губы и, убрав тарелку, еды на которой оставалось с избытком, ответил:
- Я бы не стал тебе ничего говорить, чтобы не волновать, но…
- Но давай обойдёмся без этого, - перебила мужа я.
- Если мы хотим, чтобы наши отношения в итоге наладились, то уже давно пора понять - ничего, кроме правды, я от тебя не жду.
Как бы ни уговаривала себя быть спокойной, не могла оставаться безэмоциональной в этот момент. Особенно от выражения лица Сереброва, который сначала посмотрел на меня с неверием, словно опасался, что я после ужина прогоню его прочь, а затем - с явным облегчением.
- Или ты хочешь сказать мне, что всё же решил уйти к другой? - со смешком спросила я в шутку, надеясь, что это хоть немного разрядит обстановку.
Правда, добилась прямо противоположного эффекта. Ян почернел лицом и, замотав головой, горячо заверил:
- Никогда!
Он сделал глубокий вдох и, устроившись возле кровати по-турецки лицом ко мне, сцепил перед собой руки в замок и, глядя на них, начал рассказывать. Сначала осторожно, словно подбирая слова, затем - всё более распаляясь по мере того, как его повествование подходило к пиковым точкам.
А я сидела, приоткрыв рот от удивления, и ощущала, как меня бросает то в жар, то в холод. Будто прямо сейчас я каталась на американских горках безо всякой страховки.
Роды Вики, тест ДНК, показавший, что к ребёнку Ян не имеет никакого отношения. История из прошлого, в которой пострадал брат Сереброва. Всё это было похоже на сценарий какого-то фильма, настолько отличающийся от моей привычной жизни, что казалось, будто рассказанное не имеет никакого отношения ни ко мне, ни к людям, которые были рядом и которых я любила.
К Яну, к свёкрам…
Когда Серебров замолчал, у меня внутри появилось царапающее чувство. Нет, я прекрасно понимала, что меня не ставили в курс событий исключительно потому, что я нуждалась лишь в покое. Но и представлять, как Ян ездит к Вике, как изгаляется, чтобы добыть доказательство его неотцовства… Пожалуй, это было слишком тревожно даже сейчас, когда всё оказалось позади.
