Знаешь, каким ребенком я был до того, как ты дала мне попробовать себя? Доходягой, который одной ногой стоял в могиле, и задыхался раньше, чем поднимался на второй этаж. Ты. изменила все. Моя мать сошла с ума, отец сделался одержимым, а я – переродился.
Крэйл взял ее за подбородок, заставил посмотреть себе в глаза. После неожиданной вспышки гнева этот жест был невероятно мягким, почти. нежным.
– Я был абсолютно уверен, что убью тебя, как только ты окажешься в пределах досягаемости. Сделаю с тобой то, что ты сделала с моей жизнью: сотру в порошок.
– Ты это все подстроил? Сделал так, чтобы я попала в Дра’Мор? Его оскал был красноречивее всяких слов.
– Дурацкий план – признаю, но то, что из всех студентов-везунчиков, которым разослали поддельные письма, Магистр в итоге выбрал и тебя, было настоящим везением.
– Ты подослал тех людей убить мою семью? – Она сглотнула. Нет, ради Светлых, Темных и Неназванных, пусть это будет не он. Только не он. Не Крэйл!
– Я подонок и тварь, Марори Шаэдис йор Миол’Морна, но я точно никогда бы не стал подсылать кого-то к беззащитным простокровкам.
Если я хочу кого-то убить, то делаю это своими руками, и то лишь в том случае, когда меня к этому вынуждают.
– Крэйл?
– Что?
– Поцелуй меня.
Непонятно, кого эта просьба ошарашила больше: шанатара или ее саму. Впервые за время их нечастого общения он выглядел неподдельно озадаченным. Она же стояла с открытым ртом, огорошенная тем, насколько непредсказуема сама для себя.
Попросила поцеловать?
После всего услышанного?
После того, как он только что признался, что хотел ее убить?
Да ее в дрожь бросает от одной мысли, чтобы допустить до себя его клыки.
– Ты совершенно чокнутая, малявка.
– От чокнутого слышу. Слабо? Я такая страшная, что гожусь только на то, чтобы хотеть убить ради мести?
– Марори потрогала свежий шрам на щеке. Ну и что теперь? Она ни на секунду не стыдилась его, не видела в этом повода заламывать руки и закатывать истерики. Но ведь шрам и правда подпортил ее и без того посредственную внешность.
– Извини.
– Еще раз заикнешься об извинениях – уши оторву, – предупредил он."
"И дернул на себя. Сильно, жадно. По-хозяйски подхватил под бедра. Прижал. Заставил обхватить себя ногами, забросил ее руки себе на плечи. Пришлось вцепиться ему в волосы, чтобы не опрокинуться назад. О, Светлые!
– Я имела в виду обычный поцелуй, – почти беззвучно произнесла она. До чего же неловко!
– За обычными, малявка, не ко мне.
![Обложка книги Темный в моем сердце: Насмешка небес [СИ]](/uploads/posts/images/3/temnyi-v-moem-serdtse-nasmeshka-nebes-si.jpg)
