Распаковали несколько сухпайков, приступили к разогреву консервов на сухом спирте. Не могу сказать, что армейская еда мне нравится, но сейчас я готова была съесть все что угодно.
— Серый, может, тебе лучше не ужинать? — открывая металлическую банку, смотрит на меня Леха. Я готова была вцепиться в эту тушенку и съесть ее холодной, а он мне говорит не ужинать? — На такой жаре консервы могли и подпортиться, а у тебя желудок слабый, — поясняет он для всех. Вот стукнуть бы его чем-нибудь. И Стаса с его легендой заодно.
— Оставь парня, пусть поест, — встрял Стас, достал шоколадку и протянул мне. Еще бы чаю или кофе, но наглеть я не стала. Мне досталось жаркое с курицей, которое я с удовольствием уплетала, пока парни шутили и грели следующие консервы.
Багиров ел тушенку из говядины. Аккуратно так ел, будто совсем не проголодался.
— Извини, — наклонившись ко мне, шепнул Стас. — Придется терпеть мат или затыкать уши, — то, что мы шушукаемся, привлекло внимание Багирова. Он застыл с полной ложкой тушенки, хмуро и подозрительно глядя на меня.
— Я не видел, чтобы она с кем-то общалась. На первый взгляд девочка хорошая, серьезная, а там – кто ее знает? Может, на гражданке у нее кто-то есть, — несмотря на то, что говорить мне было сложно, хотя я всю дорогу чем-то лечила горло, старалась говорить громко, чтобы меня услышал майор. Путь думает, что мы обсуждаем деликатную тему.
«Ты что несешь?» — легко можно было прочесть по выражению лица Стаса.
— Багиров на нас смотрит, — тихо поясняю свою выходку.
— Что за девчонка, Стрелок? — спросил Мечник. С Лехи можно рисовать портрет для актерских классов, как правильно изображать удивление.
— На кого ты там глаз положил? — завелись парни. Ну еще бы они не завелись, на это и был расчет.
— Мы всех девочек на базе знаем. Давай рассказывай, поможем, подскажем. Дадим характеристику… — посыпались скабрезные шуточки.
— Вы ее пропустили, олухи, — ухмыляется Стас. — Не туда смотрели.
— Да ладно?
— Колись, на кого запал?
— Я сказал, вы ее не знаете, — подхватил Стас мое вранье, уверенно поедая свою гречку с подливой и говядиной.
— Этого не может быть. Красивую девочку я бы не пропустил, — смеется Артем.
— Серый, как ее зовут? — парни решили допросить меня. Я пыталась придумать имя несуществующей медсестрички, но Стас, гад, меня опередил и выдал:
— Алеста, — ухмыляясь, произносит. Из-за шума, я надеюсь, его не расслышали.
