Мальчиков этих я совсем не знаю. Постучались вчера вечером, попросились переночевать. Машина у них сломалась.
– И вы впустили? – подскочила Зиночка. – Двух мужиков с улицы? Ну, Наталья Сергеевна, разве так можно?
– Что тут такого, – пожала плечами хозяйка, – милые, интеллигентные люди, не на улице же их оставлять.
– Вдруг бы бандитами оказались, – не успокаивалась домработница, – убить могли, изнасиловать.
– Кому я нужна, – хмыкнула Наталья, – и ведь все в порядке."
"– Очень вас прошу, больше так не делайте, – сказала Зиночка, – народ дикий совсем стал, не прежние времена.
За рваные носки удавить могут, а у вас всего в доме полно: посуда, безделушки, серебро столовое. Может, и без черных мыслей войдут, да соблазнятся потом, чик-чирик ножичком по горлышку – и приветик.
– Нет, – протянула хозяйка, вновь устремив затуманенный взгляд в окно, – мне Алексей не мог худа сделать, специально пришел, прислал его…
Зина покосилась на Наталью Сергеевну. Как бы у хозяйки от одиночества и бесконечного чтения книг крышу не снесло.
Филимонова оторвалась от окна, вздохнула и сообщила:
– Ты тут прибирайся, а я в парикмахерскую съезжу.
– Вроде все хорошо, – сказала Зина, – вон укладочка какая красивая.
Наталья Сергеевна опять глянула в окно. Зина не утерпела и подошла к подоконнику. Ее страшно заинтриговало необычное поведение работодательницы: ну чего она все время там высматривает? Но за окном не было ничего необычного. Сквозь широко открытые ворота виднелась дорога, упиравшаяся в лес.
Было лето, и солнце шпарило вовсю, обогревая мелких птичек, купающихся в пыли. В голубом небе лениво двигались белые подушки облаков, и стояла та особая июньская тишина, которая обещает жаркий, даже душный день.
– Куда исчезает человек после смерти? – неожиданно резко спросила Наталья Сергеевна.
– Так ясное дело, в гроб кладут, – ответила не ожидавшая такого вопроса Зина.
– А потом?
– Душа либо в рай отлетает, либо в ад, – сообщила Зина и перекрестилась.
– Все может случиться, гроза разразится, ударит гром, мы снова будем вдвоем, ты только верь, найду на том свете дверь и с неба к тебе спущусь, ты лишь раствори окно, и станет входом оно… – пробормотала Филимонова.
– Это вы что такое говорите? – оторопела Зина.
– Не обращай внимания, – вынырнула откуда-то хозяйка, – стихи припомнила, муж мой перед смертью написал…
Зиночка вновь удивилась. До сих пор Наталья Сергеевна никогда не упоминала о своем супруге.
