Если Хучик не желает чего-то делать, заставить его невозможно.
Потерпев неудачу, я решила пойти вниз попить воды, зря не подумала оставить на ночь в кабинете бутылку минералки. Халата у меня не было. Кеша и Маруся забыли прихватить его из дома, одеваться мне не хотелось, поэтому я вышла на лестницу прямо в коротенькой ночной рубашке. Стесняться некого, в магазине только я и девочки.
Но не успела я сделать пару шагов, как увидела небольшую точку света, перемещавшуюся внизу. Забыв, что на мне одеяние, больше всего похожее на футболку, и что ни брюк, ни юбки под ним не имеется, я закричала:
– Эй, кто там?
Точка мигом погасла.
– Кто там?
Молчание.
– Немедленно отвечайте!
Снизу послышался легкий шорох, словно незнакомец бежал на цыпочках по залу.
– Стой! – заорала я и ринулась вниз.
Все ясно, в «Офеню» проник вор. Сигнализацию мы сегодня не включали, сообщив на пульт, что на ночь в магазине останутся люди. Вневедомственная охрана не возражала, и вот теперь сюда влез грабитель.
– Стой! – вопила я, перепрыгивая через ступеньки. – Стой немедленно!
Но тут произошло непредвиденное. Вылетев в темный зал, я совершенно забыла, что слева стоят два огромных стенда «Новинки». Левая нога зацепилась за полочку. В ту же секунду я рухнула на пол, а сверху на меня посыпалась гора литературы.
Вспыхнул свет. Заспанные девочки в пижамах стояли надо мной.
– Что случилось? – хором спросили они.
– Тут был вор.
Машка подошла ко входной двери.
– Нет, заперто изнутри.
– Но я видела свет от фонарика.
– Мусечка, – сказала дочь, – это невозможно, смотри, щеколда задвинута. Ты сама ее закрыла.
– Я? Нет!
– Ну, значит, мы закрыли, – не стала спорить Машка.
– Но фонарик!
Маруська постояла секунду в задумчивости, потом повернулась к Леле:
– Дай твой брелок, ну тот, с подсветкой.
Леля кивнула и сбегала за ним наверх.
– А теперь, мусечка, иди на второй этаж, – велела дочь.
Я покорно поднялась по ступенькам.
Свет погас, а через пару минут по залу заметался тонкий лучик.
"
"– Вот, – обрадовалась я, – точь-в-точь такой.
Раздался стук двери и веселый Машкин голос:
– Ну, ты поняла, что никого внутри не было? Я вышла наружу и посветила в витрину.
– Ты ходила на улицу в пижаме! – возмутилась я. – С ума сошла! Во-первых, на улице январь, а во-вторых, мы не в Ложкине!
– Мусечка, не занудничай, – вздохнула дочь, – я хотела тебя успокоить. Просто некая личность стояла у магазина и направляла фонарь на витрину.
