Леона при этом ставит только два условия. Никаких пачкающих вещей, типа строительных материалов на сиденьях и в багажнике не перевозить, а на ночь ставить «Жигули» в укромное место, не оставлять их на оживленной магистрали. И вот, пожалуйста, очередной клиент бросил машину на Федосеева.
– Кому вы дали «Жигули»? – быстро поинтересовалась я.
– Лева Яшин попросил для какой-то своей подруги, – пояснила Леона, – деньги, как положено, вперед за неделю дал.
– А как подругу зовут?
Леона пожала плечами.
– И вы так спокойно доверяете автомобиль кому попало?
– Почему кому попало? – возмутилась девушка.
– Лева поручился, сказал, нормальная баба, ответственная.
– Доверенность не оформляли?
Романцева засмеялась.
– Нет, у меня машину надолго не берут, максимум дней на десять.
– И не боитесь?
– Чего?
– Вдруг разобьют или угонят?
Леона покачала головой:
– Не-а. У меня муж очень аккуратный был, застраховал «жигуленок» по полной программе: от ущерба, угона, плюс гражданская ответственность.
Ежели какой казус, мне денежки выплатят.
– Дайте, пожалуйста, телефон Яшина.
– Зачем? – насторожилась Леона.
– Видите ли, – соврала я, не желая пугать беременную сообщением об убийстве, – девушку, которая вчера прикатила на вашей машине, забрали в милицию.
– Да ну! – воскликнула Леона. – За что?
– Она хотела обокрасть наш магазин!
– Вот люди, – возмутилась хозяйка и схватила телефон: – Левка, иди сюда.
Через секунду раздался звонок, и в кухне появился тучный парень лет тридцати.
Выглядел он чудовищно. Огромный живот, колышущийся над спортивными штанами, толстенные руки и сверх всякой меры жирные ноги. Из-за того что его бедра напоминали туго набитые подушки, несчастный двигался враскорячку. Так ходит ребенок, которому мать надела слишком большой памперс.
– Ну, что случилось? – неожиданно тонким голосом поинтересовался он. – Опять, что ли, крыса из трубы вылезла?
– Сам ты крыса! – взвилась Леона. – Говори быстро, кому дал мою машину?
– Наде Колпаковой, – растерянно ответил толстяк.
– Не Дарье Васильевой? – влезла я.
– Нет, такую не знаю, – гундосила гора жира.
– А Надька твоя шалава. – Леона чуть ли не с кулаками налетела на соседа. – Вот дрянь, воровка. Машину мою на оживленной магистрали бросила. Да еще книги в магазине стырила, вот, директриса пришла.
Лева уставился на меня маленькими глазками, утонувшими в жирных щеках.
– Кто, Надя?
– Да! – выкрикивала Леона.
