Так, отлично! Тупоголовый Витька не додумался до того, что несчастная прибыла к месту своей гибели в кабриолете. Дрожащими от возбуждения руками я принялась тыкать ключом в замок. Я обязана помочь Дегтяреву. Дверь послушно распахнулась, изнутри пахнуло чужими, чересчур сладкими духами, я нырнула в салон и, распахивая бардачок, пробормотала:
– Ну, Дашутка, хоть сама себе не ври, ты просто обожаешь заниматься расследованиями."
"Внутри темного углубления нашлась масса вещей, которые обычно таскают с собой автомобилисты, – атлас, полупустая бутылка с кока-колой, упаковка бумажных носовых платков, две пятидесятирублевые купюры, явно приготовленные для взяток ментам, непонятная изогнутая железная трубочка и здоровенный магнит.
Документов никаких.
Но я не унывала. Быстро отогнула солнцезащитный экран, установленный над ветровым стеклом, и сунула пальцы в небольшой кармашек. Вот они! Техпаспорт и права. Последние были выданы на имя Леоны Сергеевны Романцевой, 1976 года рождения, а с фотокарточки смотрела на меня довольно круглощекая блондинка с сердито сжатыми губами.
Надо же, при чем тут Даша Васильева? Хотя, может, несчастная просто взяла машину у подруги? Доверенности, правда, в документах нет, но это ни о чем не говорит. Кое-кто сейчас преспокойненько колесит по дорогам вообще без прав и техпаспорта. Вполне вероятно, что у этой Васильевой есть собственный транспорт, водить-то она умеет. Небось сломался автомобиль, вот и попросила у подруги «Жигули».
Я не люблю никому давать свой «Пежо», но некоторые совершенно спокойно доверяют руль знакомым.
К техпаспорту была прикреплена сложенная вчетверо бумажка. Я осторожно развернула ее и чуть не заорала от радости. Полис! Леона Романцева невесть зачем таскала с собой бумажку, подтверждающую факт страхования машины в компании «Росно». В первой графе указывались имя, отчество и фамилия дамы, а во второй – ее домашний адрес: улица Курникова, дом 12, квартира 2.
Очень довольная собой, я положила документы на место, вылезла на улицу и упала.
Ветер принял штормовой характер, и сильный порыв сбил меня с ног. Кое-как поднявшись, я доковыляла до «Пежо», распахнула дверцу, но тут ветер налетел еще раз, и я опять оказалась на асфальте. Почти ползком я добралась до водительского места и с ужасом уставилась в окно. На улице бушевал ураган. Деревья раскачивались, как сумасшедшие, по тротуару, словно скомканную бумажку, несло железную, тяжелую урну.
