Бывают же мужики козлы! Мало того, что изменяют, так еще и обоих привозят в одну больницу рожать. И ведь не боится, гад, что жена узнает.
– Думаешь, не знает? Все они, жены богачей, всё прекрасно знают, да терпят ради бабок мужниных. Ты, что ль, Фрося, не терпела бы? Всяко лучше муж гулящий, чем твой пропойца."
"– Чей-та пропойца? – возмутилась та. – Он у меня только по праздникам. А ты не стой столбом. Сплетни развела! Нам вдвое больше работать надо, Любка внезапно после ночной смены уволилась. Чего это она? Я так и не поняла, сказала какую-то галиматью, что в другое место переводится.
Какое другое? Это же лучший роддом в городе, зарплата приличная.
– И правда странно, Любка же деньги уважает. Да кто ж ее знает, что у нее на уме…
Санитарки мыли полы и что-то продолжали обсуждать у меня над ухом, а я улыбнулась. Надо же, в больнице рожала моя однофамилица. Вот только я сразу же сникла, понимая, что ей, в отличие от меня, не повезло.
Вот мой Илья никогда бы меня так не унизил и не предал, особенно так гнусно.
Вот только в сердце занозой засели слова свекрови, пока я была в бреду.
– А наш Илья женится на Кристине, та как раз вот-вот родит. Будет у нас долгожданный внук. Наследник.
Либо это мне почудилось, либо свекровь приняла желаемое за действительное. Да, я знала, что Кристина давно вернулась из-за границы, даже помогала Титовым в бизнесе, у нее была отличная предпринимательская жилка, но у нее был молодой человек, Илья как-то сам об этом обмолвился невзначай.
И никакого гнева на его лице я не увидела, оттого и была спокойна.
Когда я пришла в себя в следующий раз, то рядом с моей койкой сидел Илья. Бледный, осунувшийся, обросший щетиной. Меня разбудил его взгляд. Немигающий, какой-то острый и отталкивающий. Словно что-то было не так.
– Илюша? – попыталась я улыбнуться, но мне было всё еще плохо после анестезии. – Как наш сын? Мне ничего не говорят, я так волнуюсь. Он же… С ним ведь всё в порядке?
Мой страх вдруг усилился. Время словно остановилось, сердце замерло, затем стукнуло в груди раз, два, и понеслось.
Пульс подскочил аж к горлу, отдаваясь гулом и бешеным стуком в ушах.
– Наш сын? – как-то странно усмехнулся Илья и лишь с холодом в глазах взглянул на мою протянутую руку. Та упала на кровать, так как мышцы мои ослабели, и я прикусила щеку изнутри, чувствуя неладное. – Твой сын родился недоношенным и слабым, Ульяна. Врачи борются за его жизнь, но никаких гарантий не дают.
