— Рада, давай Марат с ним поговорит? Он его послушает, — перебивая мои всхлипывания, произнесла Лера. Я не стала цепляться за это предложение. Хватит унижаться!"
"— Нет. Никто с ним не будет говорить, — жестко произнесла я. — Егор сожалеет о той ночи. Сказал, что ничего изменить нельзя. Пусть все так и останется. Лера, дай мне слово, что никто не узнает о том, что я ношу его ребенка, — потребовала я. — Поклянись мне! — чуть ли не кричала.
— Я не смогу солгать мужу, — помотала она головой.
Я знала, что между Маратом и Лерой существует полное доверие и взаимопонимание, но я имела право настаивать на том, чтобы она сохранила мою тайну.
— Не лги. Забудь, что я тебе рассказала! Скажи мужу, что я не говорю тебе, кто отец. Лера, пожалуйста, я имею право сохранить остатки гордости. Имею право сама справиться со своей любовью, которая ничего кроме страданий мне пока не принесла. Пусть этот малыш будет только моим. Я не хочу делить его с Егором — и тем более с его женой! Ты представь, Лера, что он будет забирать его на выходные в свою семью.
Наверное, это правильно, и так ведут себя умные женщины, но я так не смогу. Не смогу. Егор достанется другой женщине, а ребенок будет только мой. Я не буду делить с ней моего малыша! — истерика налицо, но я не могла заставить себя отнестись к ситуации по-другому.
— Я обещаю, что никому не скажу…
Глава 1
Рада
— Уснул? — спросила Луна, когда я вошла в кухню.
Длинноногая мулатка сидела в одной рубашке, прикрывающей бедра, на высоком барном стуле у окна.
Что этот стул делал в нашей убогой маленькой кухне — непонятно, но за него владельцу квартиры стоило бы сказать спасибо. Любимым развлечением сына было крутиться на нем и смотреть в окно.
— Нет, но обещал больше не вставать, — ответила я подруге, с которой мы снимали квартиру. Она улыбнулась, знала, что сдержать слово Ване будет непросто.
Я оказалась в Питере благодаря Луне. Мы вместе начинали работать в банковской сфере. Она бухгалтер, я кадровик. Луна нашла банк, в котором платили больше, и уехала из Москвы.
Через несколько месяцев позвала к себе. Меня ничего не держало в родном городе, и я согласилась. Ну, а что может держать?
Бывший муж, который не давал прохода? Я за пять лет жизни с ним устала так, что мужской пол вообще перестал меня интересовать. Единственный мужчина, которого я всегда буду рада видеть — мой сын. А еще в Москве остались родители, которые тоже не последнюю роль сыграли в моем переезде.
