Я начинаю качать головой, но Виктория обхватывает руками мое лицо, чтобы удержать на месте.
– Хватит шевелиться, черт тебя подери! Как будто я могу отвезти тебя куда-то еще, а потом разбираться с последствиями. Нет уж, спасибо.
– Черт! – Я издаю стон, но он не имеет ничего общего с болью, охватившей все мое тело.
Через несколько минут меня подбрасывает на сиденье – машина остановилась.
– Мы на месте… – начинает говорить Виктория, но замирает на полуслове, а потом кричит: – Черт, они уже бегут!
Поморгав несколько раз, я вижу, как все трое парней слетают с крыльца и бросаются к разным дверцам.
Та, что рядом со мной, рывком открывается, а других уже вытаскивают из машины.
– Что за фигня! – громко рычит Мэддок, но стоит ему рассмотреть мое лицо, как в его глазах отражается ужас.
Он хватает низ моей рубашки, где отчетливо виднеется грязный след от огромного ботинка, но я шлепаю его по руке. От ярости Мэддока начинает трясти. Его ноздри раздуваются, он тянется ко мне, но я заставляю себя сесть и отталкиваю его в грудь, чтобы самой медленно выбраться из машины.
Перед глазами все плывет, и, чтобы не потерять равновесие, я опираюсь на дверцу. Мэддок снова бросает на меня полный ярости взгляд.
– Будет лучше, если кто-то, мать вашу, уже начнет говорить! Сейчас же!
У меня округляются глаза, потому что этот приказ исходит от Кэптена.
Я поворачиваюсь в его сторону. Он злобно смотрит на Викторию, прижимая ее к машине. Ройс держит водителя, схватив его за воротник.
– Отпустите их, – хрипло говорю я, стараясь проглотить вставшую в горле пыль.
– Они просто привезли меня сюда.
– Не надо выгораживать их, черт подери! – предупреждает меня Ройс, но я отмахиваюсь от него, сев на капот.
– Отпустите их.
Виктория отпихивает Кэптена и показывает ему средний палец. Водитель поднимает руки, как будто на него наставили чертов пистолет.
– Спасибо за то, что подвез, Майк. Теперь можешь ехать. Я дойду домой пешком, – говорит ему Виктория, увидев, как сильно он нервничает.
Парень даже не смотрит мне в глаза, когда я благодарю его, а сразу садится за руль и сдает назад.
В ту же секунду меня со всех сторон обступают мальчики.
– Что, черт подери, произошло?
– Ничего. – Я пожимаю плечами, изо всех сил стараясь не морщиться от боли.
– Ничего? – Мэддок опускает свое лицо к моему. – Ничего, ага. У тебя разбито лицо и, готов поспорить, ребра тоже. Скажи еще сейчас, что ты просто упала.
Я смотрю на троицу с решительностью, которую сейчас совсем не чувствую.
