Наконец я подхожу к Мэддоку, член которого все еще во рту той девицы.
Э-э-э… по-моему, она явно делает что-то не так, раз он до сих пор не…
Нет.
Хватит. Не надо об этом думать.
Я хлопаю девицу по плечу, от неожиданности она вздрагивает, с чмокающим звуком выпускает изо рта член Мэддока и вскакивает на ноги.
Мэддок с невозмутимым видом, даже глазом не моргнув, переводит на меня глаза.
– Думаешь, тебе позволено ревновать? – хрипло спрашивает он, от выпитого алкоголя его язык слегка заплетается. – Заканчивай с этим, Белоснежка.
Не знаю точно, какую роль, как тебе кажется, ты играешь, но это точно не жалкая подружка.
Он смотрит на девчонку и выразительно показывает глазами на свой член.
А девица действительно делает шаг в его сторону, готовая снова упасть перед ним на колени, но когда я чисто рефлекторно шагаю к ней, она застывает на месте как вкопанная.
– Ясно, – начинаю я и специально перевожу на него взгляд в последнюю секунду. – Ты хочешь, чтобы я позволила тебе развлекать эту сучку.
Он готовится огрызнуться, но в таком пьяном состоянии у него ничего не получается.
– И не говори, что тебе никто ничего не позволяет. Слышишь меня, здоровяк? Я оттащила бы ее или любую другую девушку от тебя за шею, если бы захотела. – Я снова смотрю на девчонку, в чьих широко распахнутых глазах плещется страх. – Но сдается мне, в этом нет необходимости.
Ее щеки пылают под моим пристальным взглядом, и она пытается всем своим видом демонстрировать гордость, но скоро ее плечи опускаются. Она наклоняет голову, прежде чем поспешить прочь.
Давно пора.
Я снова перевожу взгляд на Мэддока.
Он смотрит, по-прежнему запрокинув голову, член наружу и все такое. Но благодаря тени домика его почти незаметно.
Я не двигаюсь, внезапно ощутив неуверенность в том, как вести себя со здоровяком, Мэддок сдвигает ноги и встает во весь рост."
"Его штаны приспущены, и он крепко придерживает их, чтобы они не упали, но не торопится убрать свой член в боксеры.
В его глазах читается вызов. Мэддок не думает, что я сделаю это, тем более когда мне оно совсем не надо, особенно если подумать, что его хозяйство все еще мокрое от слюны какой-то сучки.
И тем не менее я все равно шагаю вперед.
Схватившись за край его футболки, я приподнимаю ее и, глядя ему прямо в глаза, хватаю ткань его боксеров и тяну их на себя.
Стоит моим пальцам слегка коснуться шелковистой кожи его члена, как Мэддок, едва не падая, резко вздрагивает и сам убирает его в трусы.
Я тянусь к нему, и сначала он напрягается.
