Ну елки-палки! До чего ж коряво у некоторых людей мозги устроены! Артем Шубин был, по-видимому, совершенно уверен, что нынешнего убийцу сочтут маньяком-психопатом, а то и совсем сумасшедшим, и будут искать его среди тех, с кем плотно общался Выходцев в последние годы жизни. Перешерстят бывших коллег, друзей-приятелей, научных работников, которые вели исследование вместе с профессором Стекловой. А Инга никого не заинтересует, она всего лишь приходящая медсестра, даже не любовница. Если внимание на короткое время сосредоточится на ней, то так же быстро и схлынет, а уж на Артема Шубина вообще никто не подумает.
Умный он парень, этот Шубин, но ошибок понаделал чертову уйму. Во-первых, не учел, что СМИ получают информацию от пресс-службы, а у пресс-службы есть высокие начальники, и если в верхах ведутся свои подковерные игры, то невозможно угадать, какие указания получит эта самая пресс-служба. В данном случае указания вышли совсем не те, на которые рассчитывал Шубин.
Во-вторых, он явно перестарался, пытаясь запутать оперативников и следователей.
То создавал видимость серии, совершаемой психопатом, то заставлял подозревать холодный расчет здравого ума. Затеял какую-то бредятину со скрин-шотами, в которой логики было – ноль целых ноль десятых, надеясь этим сбить всех с толку. По замыслу Шубина, одна часть улик должна была противоречить другой. Так и вышло, если честно. Только результат замысла оказался противоположным. Логика в отсутствии логики… Да уж, это точно.
Ну и так, по мелочи, с дворником не угадал, материалов группы Стекловой не предусмотрел, не сделал допуски на то, что среди полицейских попадется такой вот дотошный и упрямый Витя Вишняков, который звезд с неба не хватает, но привык упираться до последнего.
Ну и Анастасию Павловну в расчет не взял. А зря.
Эпилог
– Мне нужен самый лучший! – громко и возбужденно говорил Фадеев, расхаживая с телефонной трубкой по кабинету в своем доме. – Такой, который не проигрывает! Ты меня понял? Я должен его вытащить, это мой личный помощник, моя правая рука!
Закончив разговор, он подошел к Инге, сел в кресло напротив.
– Не волнуйся, милая фрау, мы его не бросим, подключим лучшего адвоката. Через неделю максимум Тёма вернется к тебе.
Она покачала головой.
– Виталий Аркадьевич, вы не понимаете… Мне не нужно, чтобы он возвращался. Он страшный человек, он задумал такое… У меня даже нет слов, чтобы передать… Пусть ответит за то, что сделал.
Фадеев недоуменно воззрился на нее.
