С музыкальным слухом у меня совсем никак, хотя послушать музыку я люблю, так что и этот путь для меня закрыт. Что же еще? Хорошо знаю английский, так как пришлось пожить заграницей, немного могу объясниться еще на нескольких европейских языках, но это тоже вряд ли принесет мне какой-то успех в этой жизни. Единственное, что я могу делать очень хорошо, это профессионально бить, ломать и душить людей, а так же учить других людей делать это. Точнее мог раньше, в прежней жизни. В этом теле я вряд-ли сейчас способен на что-то серьезное.
Могу еще стрелять и весьма неплохо, орудовать палкой и ножом, взорвать что-то или разминировать по необходимости, в моей прежней жизни были и такие страницы, о которых я предпочитаю не упоминать всуе. Но это тоже не то, что может помочь достичь успеха в позднем СССР, насколько я помню. Мне нужно будет хорошенько подумать, как мне осваиваться в этом теле и в этом мире. По тем же книжкам о попаданцах, и просмотренным научно популярным фильмам, я понимаю, что меня могло забросить даже не в прошлое моей родной реальности, а в какую-нибудь параллельную вселенную.
Там на первый взгляд все выглядит точно так же, как и в моем прошлом, а на самом деле, события пошли совсем по другой ветви вероятностей и я настоящий, тут мог вообще не родиться, или родиться и стать ем то другим, писателем например. В общем, есть над чем поразмыслить. Надо постараться незаметно вжиться в образ и не выдать себя ничем на первых порах. Я не могу полностью полагаться на память здешнего Юрки, но у меня есть козырь — это вчерашний удар молнии по нему Если что, буду валить любые нестыковки своего поведения именно на него.
Из щели под дверью потянуло отчетливо ощутимым запахом оладий на нерафинированном подсолнечном масле. В животе заурчало. Есть очень охота. Надо идти сдаваться моей новой матери. Успокоить, сказать, что все вспомнил, только некоторые моменты как в тумане. Что не будет далеко от правды. Ведь о своей жизни, точнее о жизни того кто жил в этом теле до меня, я знаю только в общих чертах.
Небольшие островки ясности в безбрежном океане неопределенности. Я подошел к стулу, стоявшему рядом с письменным столом, и покопавшись в лежавшей на нем ворохом одежде, надел старые синие треники с вытянутыми коленями, выцветшую и растянутую зеленую майку которая болталась на мне как на вешалке и побрел умываться и чистить зубы. Только надо бы понять, где здесь ванная и туалет."
"С матерью Юрки все прошло как нужно.
