Он ей такого удовольствия не доставил, просто сгрёб в охапку и прижал к себе, она тут же опустила руки, обняв его за спину. Вадим стиснул её сильнее и прижался губами к её волосам.
— Катя, всё будет хорошо, я с тобой, мы справимся, Игорь тоже…
* * *С того дня Катя была с Игорем в палате днём, пока Вадим на работе. Игорь не приходил в себя после инфаркта, был без сознания, его сердце было сильно повреждено. Вадим отвозил Катю утром в больницу, вечером забирал после работы, в обед привозил ей еду из доставок и они обедали в кафетерии больницы.
Катя либо молчала, либо спрашивала про рабочие дела. Иногда они сидели в палате вдвоём на маленьком диванчике, она клала голову ему на колени, и он гладил её по волосам. Так продолжалось почти две недели, пока он не застал её вечером около палаты.
Она сидела, слишком выпрямив спину, и смотрела в одну точку, прямо в стену перед собой, не замечая никого вокруг. Вадим заглянул в открытую дверь — пустая койка.
— У него случился второй удар, два часа назад. Он не справился…
Глава 37. О мёртвых либо хорошо, либо правду
Похороны — одна из двух традиционных церемоний, куда трудно привнести что-то новое. Для Катерины весь этот день стал вереницей людей в чёрных одеяниях и со скорбящими масками на лицах. Всё казалось таким ненастоящим, наигранным. Сотрудники Игоря пришли потому, что так принято, партнёры из уважения к умершему.
Бывшая жена с платочком у глаз, где читалось только одно: «я пришла плюнуть ему на могилу». Юля привела свою мать и всех детей. Катя с Вадимом решили, что в такой день не стоит ей запрещать приходить, всё-таки они прожили вместе двадцать лет.
Великолепная четвёрка на отпевании и на кладбище держалась рядом друг с другом, как птички на электрических проводах в мороз. Катя с тревогой смотрела на потерянных Максима и Павлика, они будто заново переживали уход своего отца после тяжёлой болезни.
Катя же будто застыла в своём горе, как муравей в капле смолы. Она проваливалась в воспоминания об Игоре, где он был жив, улыбался, привычно поправляя на носу очки, потом выныривала обратно, где его больше не было."
"Кладбище — чёрная масса людей вокруг могилы. Юля словно актриса из мыльной оперы, рыдала навзрыд, как женщина потерявшая любовь всей жизни.
