Она привыкла ползать по темным домам, но раньше она всегда была скрыта внутри стен. В «Сатанинских связях» крадущимся ужасом была она.
Но теперь, возможно, она поймет это интуитивное чувство, когда ты знаешь, что за тобой кто-то наблюдает – кто-то, кто хочет причинить тебе вред, – но ты не можешь понять, где он, пока он не окажется прямо перед тобой.
Мы идем по длинному коридору мимо портретов Адди, на которых она постепенно взрослеет – от ребенка до подростка. В обычной ситуации я бы обязательно остановился и взглянул на ее детские фото, фантазируя, как влюбился бы в нее, будучи подростком.
Что-то подсказывает мне, что я был бы очарован ею, независимо от того, какого мы возраста.
Но сейчас здесь так жутко, что эти улыбающиеся глаза на фотографиях кажутся зловещими. Как будто эти разные версии Адди смеются над нами, потому что знают о подстерегающей нас опасности. И мне хочется рассмеяться в ответ, потому что я и есть та опасность, которая подстерегает ее.
Мы выходим на кухню и видим, что просторное помещение пусто.
Адди поворачивает налево, но тут справа от нас раздается легкий шаркающий звук. Она замирает и оглядывается на меня. Я киваю в сторону шума. Как бы она ни хотела отыскать свою мать, мы не можем оставлять опасность за спиной.
Кивнув, она разворачивается и устремляется в сторону шума.
– Смотрите под ноги, – шепчет Адди мгновение спустя.
Следя за ногами Сибби, я замечаю, как она опускается, и ее ботинки погружаются в мягкий ковер.
Мы оказываемся в большой гостиной, где справа от нас на стене висит огромный телевизор, а вокруг него полукругом расставлены плюшевые диваны и кресла. Я предполагаю, что именно здесь и сидит ее отец, когда кричит на футбольную команду на экране.
Его изображение исчезает, и на смену появляется другое – фигура, возникающая из темноты, словно демон, вызванный своим хозяином.
Адди и Сибби замечают его в то же мгновение, и их тела на мгновение вздрагивают от испуга. А потом мы все бросаемся в бой.
Адди устремляется к этому парню, и тут я чувствую, что за моей спиной еще один человек. Успеваю заметить металл, и хватаю Сибби за одну из ее косичек, дергая ее и уводя с пути летящего ножа, который был в считаных сантиметрах от того, чтобы вонзиться ей в голову.
Мою шею обдает дуновение горячего воздуха – за секунду до того, как я разворачиваюсь. Я выхватываю пистолет из-за пояса джинсов и прицеливаюсь в человека, бросившего нож.
