Полосы лунного света и мягкое сияние бра подчеркивают все твердые выпуклости на его груди и прессе, выделяют каждую мышцу, напрягающуюся под его кожей.
Лишь дьявол может так божественно управлять тенями на своем теле. Дьявол и Бог – две противоположные силы, составляющие одно противоречивое существо."
"Облизывая губы в предвкушении, я переползаю на кровать, а затем – к нему на колени, удерживая свою киску над верхушкой его члена.
Его губы пробегаются по моей шее, и я кладу руки ему на плечи, не только чтобы сохранить равновесие, но и чтобы удерживать его под контролем.
Мое тело пульсирует, и вибрация в руках усиливается, когда я намеренно провожу своими затвердевшими сосками по его лицу. В тот момент, когда он уже собирается прикусить, я отстраняюсь, усиливая дрожь, сотрясающую его тело.
Его голова откидывается назад, и наши глаза встречаются. Я вздрагиваю от безудержного вожделения в его взгляде. Он смотрит на меня так, словно просто выжидает. Выполняет мои приказы до той секунды, пока я не расстегну наручники.
И тогда он в мгновение ока сорвется с места и нападет на меня, словно гадюка. Мое горло в его руках, а сердце – между его зубами.
Я чувствую, как страх отдается пульсацией в моем клиторе, учащая сердцебиение до опасного уровня.
– Думаешь, ты сломлена, Аделин? Подожди, пока не освободишь меня из этих оков, – грозит он, и в его глубоком голосе звучит битое стекло. – Я буду трахать тебя до тех пор, пока не сломаю все твои кости. Беспомощная маленькая мышка, которую я вылеплю своими руками и буду ею управлять.
Он намеренно пытается запугать меня, зная, как сильно мое тело поет от ужаса, который он в меня вселяет.
Инстинкт уговаривает меня броситься бежать от его страшных обещаний и ползучего трепета, что именно так он и поступит. Но в то же время я хочу бросить ему вызов, чтобы поскорее именно это он и сделал.
Сердце колотится, но я не свожу с него пристального взгляда. Закусив губу, протягиваю руку и обхватываю его член, наслаждаясь тем, как его верхняя губа кривится в оскале.
А затем очень медленно провожу его головкой по своей щели, смачивая его, и опускаюсь ниже. Постепенно, пока не перестаю различать, мою или его дрожь я чувствую.
Я наклоняюсь вперед и обхватываю его шею руками, подстраивая свои мягкие изгибы под его стальные формы, и медленно ввожу его в себя. Ощущения точно такие же, как я и помнила: боль, пока он растягивает меня вширь, но вместе с этим и неутолимое блаженство.
