Ему не нужна поддержка людей, чтобы продолжать делать то, что он уже делает. Независимо от их мнения, Зейд занимался этим всегда. И неважно, решат ли люди перейти на другую сторону из-за того, что он убрал этого хищника с улиц.
На фоне всех жертв, которые Зейд принес ради меня, это не так уж и много. Но для меня имеет огромное значение.
То, что мы делаем, гораздо важнее, чем написание книг, но я все равно буду опустошена, если потеряю свою карьеру, которую так люблю. Это было бы равносильно потере еще одной моей частички, а у меня и так мало что осталось.
– О… – тихо произносит Сибби, поскольку ее осеняет. – Я поняла. Ты хочешь его трахнуть.
Мои щеки вспыхивают, но я не пытаюсь спорить. Потому что она права. Я крепко сжимаю бедра, и в глубине моего живота возникает знакомое пьянящее чувство.
Не стану лгать и говорить, что его вид не возбудил меня. Моя кровь горит, и я почти вибрирую от желания. Его поступок был… он был чертовски сексуальным. Что еще тут сказать?
Сибби стонет и надувает губы.
– Почему вам, ребята, можно заниматься громким сексом, а мне нельзя?
Я поворачиваюсь к ней, широко распахнув глаза, с выразительным взглядом, который так и говорит: «Ты совсем охренела?»
– Потому что ты пытаешься делать это на глазах у всех, Сибби.
Она опускается на диван и скорбно запихивает в рот горсть попкорна.
– Не моя вина, что вы, ребята, такие скучные.
Я закатываю глаза. Про нас с Зейдом много что можно сказать, но «скучные» – это точно не про нас.
5 июня 2022
Я еще никогда не говорила мужчине, что люблю его.
Никогда. Потому что ненавижу делать это. И не важно, что до Зейда я ни разу по-настоящему ни в кого не влюблялась. Но я не говорила этого даже своим юношеским влюбленностям в старшей школе. Ну знаете, когда ты думаешь, что любишь кого-то, но даже не знаешь, что такое любовь? Что-то всегда меня удерживало от этих слов.
Я все еще не хочу говорить их. Но только потому, что мне страшно.
Не знаю, может, это взросление? Не знаю почему. Я ведь знаю, что Зейд испытывает ко мне.
Знаю с самого первого его сообщения.
И все равно я потею, словно загнанная крыса.
Может, это потому, что я не знаю, КАК признаваться в любви? Проклятье, я ведь правда не знаю. Мне нужно просто выпалить это, когда он войдет в дверь? Или вначале поцеловать его, а потом сказать? Мне нужно подготовить речь?
Черт.
Черт побери все это.
Я просто скажу ему, когда он будет ожидать меньше всего.
А потом свалю на хрен.
Глава 37.
