Его глаза поднимаются к моим, в радужной оболочке мелькает что-то опасное. Мой живот сжимается, оргазм набирает высоту. Но я не боюсь его. Мне его жаль.
– Наверное, больно знать, что ты не можешь прикоснуться ко мне? – спрашиваю я, и из меня вырывается еще один стон, когда я задеваю ту самую точку внутри себя. – Режет ли это понимание глубже, чем этот нож?
– Да, – признается он низким и мрачным шепотом.
– Но тебе нельзя, – дразню я.
Он пристально смотрит на меня, понимая, что именно я делаю, и, похоже, это ему не по вкусу.
И все же он ни за что не ослушается меня, зная, что в противном случае мое доверие будет уничтожено навсегда.
Соблюдать границы чертовски сложно, когда у тебя связаны руки.
Я ввожу нож все глубже и быстрее, достигая самого пика, и решаю, что если дать ему попробовать себя на вкус, то это только усилит мою агонию.
Все, что мне нужно, – это один небольшой толчок, но на этот раз не я буду умолять его позволить мне кончить.
Это он будет умолять меня.
– Хочешь полизать меня, Зейд? – спрашиваю я, сверкая глазами.
– Я почти готова кончить.
Он опускает взгляд на наши руки, обнажая зубы в рычании от напряжения.
– Да, – выдыхает он.
– Попроси меня.
Его опасный взгляд и дикий изгиб губ обещают мне расплату, но он не колеблется ни секунды.
– Я прошу тебя, мышонок.
– Только один раз, – разрешаю я. – Не больше.
Бросив на меня последний испытующий взгляд, он подается вперед, и я вздрагиваю, ощущая, как его горячее дыхание обдает мою киску.
А потом его язык скользит по моему клитору, медленно и настойчиво. Не отрываясь от меня, он стонет, и я больше не могу сдерживаться. Я разбиваюсь на части, вскрикивая, когда мой мир раскалывается. Моя свободная рука цепляется за его волосы, и я пытаюсь схватиться за что-нибудь, что угодно, чтобы удержаться, поскольку колени меня не держат.
Зейд стремительно поднимается и ловит меня, после чего прижимает к себе. Обе наших руки плотно лежат на моей киске все то время, пока я катаюсь на волнах блаженства.
Я вжимаюсь лбом в его грудь, закрыв глаза, и остатки оргазма медленно угасают во мне.
Его руки обхватывают мое лицо, а затем скользят в мои волосы, оттягивая голову назад. Он прижимается ртом к моей щеке.
– Дай мне их, – решительно требует он.
Мои нервы еще не успокоились, поэтому я впускаю его в себя, поворачивая свой рот к его губам. И они тут же захватывают мои, и это лишь усиливает удовольствие, разливающееся между моих бедер.
