– Это был Рио, да? – тихо спрашивает она, ее голос звучит очень жалобно из-за слез.
– Да, – хрипло подтверждаю я.
Она отстраняется, чтобы как следует рассмотреть мое лицо, и ее темно-карий глаз внимательно рассматривает мои черты.
– Откуда ты его знаешь?
Я бросаю взгляд на Зейда, но его, похоже, не беспокоит этот разговор, хоть он и мечтает убить ее брата.
– Он… Он был в доме, где меня держали, когда похитили. – Я прочищаю горло. – Он заботился обо мне и помог мне сбежать.
У нее дрожат губы.
– Он не очень хороший человек, – произносит она, и я так удивляюсь услышанному, что даже смеюсь.
– Но он не очень хороший человек оттого, что такой замечательный брат. Он многим пожертвовал ради меня.
Я киваю, вытирая щеки, хоть это и бесполезно, и еще несколько слезинок вырываются на свободу.
– Я не думаю, что люди делятся на плохих и хороших, Катерина, но знаю, что он очень любит тебя.
Она улыбается и кивает, легко соглашаясь с этим.
– Они лишили меня глаза, потому что он пытался сбежать от Франчески.
Мне было тогда десять лет, наши родители умерли за год до этого, а он оказался в плену у этой злой женщины. Он так и не простил себя, и хотя с тех пор я его не видела, я знаю, что он сделал все, что от него требовалось, чтобы я больше не пострадала.
– А это так? – спрашиваю я. – Они делали тебе больно после этого?
Она качает головой, но в ее глазах клубится тьма.
– Лилиан была не слишком милой, но она больше не причиняла мне вреда.
Что-то подсказывает мне, что даже если она не обижала Катерину, то другие девушки наверняка обижали.
Она была заперта в том доме по меньшей мере пять лет, и я могу только представить, какие ужасы она пережила.
– Катерина, могу я спросить, почему им так нужен был Рио? Раз они использовали в качестве залога тебя."
"Я задавалась этим вопросом с тех самых пор, как Рио рассказал мне о ней. Почему они зашли так далеко, что держали занесенный топор над головой его сестры только для того, чтобы он работал на них? Они без труда могли бы найти множество других парней, готовых выполнять их поручения за соответствующую сумму.
Она сглатывает.
– Думаю… думаю, он был любимчиком Франчески.
Я недоуменно хмурюсь, не совсем понимая, к чему она клонит.
– Любимчиком – в смысле охранником или…
Она качает головой, ее губы поджимаются.
– Я слышала, как Лилиан говорила о них много неприятных вещей. О том, как Франческе нравится, как Рио… ухаживает за ней.
Открываю рот, и меня внезапно осеняет.
