– Клэр? Кто такая Клэр?
Он бросает на меня взгляд, и я замечаю, как он явно закрывается, словно кто-то дернул за веревочку и жалюзи на его глазах захлопнулись. Кем бы ни была эта Клэр, ее следует опасаться.
Игнорируя мои вопросы, Рио заканчивает перевязку, а затем протягивает мне руку, заставляя принять вертикальное положение. Он подходит к моему комоду, открывает ящики и начинает беспорядочно швырять в меня вещи.
– Что… Рио, да что происходит? – кричу я.
В мое лицо тут же прилетает рубашка.
– Эта Клэр объявила на тебя охоту, – практически шепчет он.
Затем он подходит ко мне и помогает влезть в одежду, словно я маленький ребенок, но я слишком растеряна, чтобы препятствовать ему. Мое сердце гулко стучит, разгоняя по телу панику.
Я понятия не имею, кто эта женщина, но совершенно очевидно, что она как-то связана с Зейдом. Это единственная причина, по которой какая-то незнакомка могла назначить награду за мою голову, ведь так?
Но, клянусь, я уже слышала это имя раньше… Однако мой мозг слишком затуманен, чтобы вспомнить, где и при каких обстоятельствах.
Или ее причастность ко мне и Зейду.
Рио хватает меня за плечи, на его лице появляется суровое выражение.
– Будь очень осторожна со своим языком, princesa. Более того, вообще держи рот на замке.
Я поджимаю губы и киваю. В последнее время я слишком слаба, слишком устала, чтобы сопротивляться. Я вошла в этот дом пылающим огнем, но за два месяца пальцы этих людей погасили мое пламя, оставив лишь дымный след.
Мне нужна всего одна искра, и, быть может… быть может, пламя еще удастся разжечь.
Мой желудок скручивается от беспокойства, пока я иду за Рио по коридору. Между бедер пульсирует тупая боль, при каждом шаге напоминающая о том, что я так отчаянно пытаюсь забыть. О том, к чему так стремится Ксавьер. А еще это очередное напоминание мне, что Зейд может больше меня не хотеть. Но с этим я уже смирилась. Никогда не думала, что захочу потерять его одержимость… но как я могу требовать ее? Я теперь грязная.
Рио идет впереди, не глядя на меня, и узел в моем животе затягивается.
Вокруг него ледяная крепость, такая же твердая, как и его напряженные плечи. Он словно отдаляется от меня, потому что очень скоро меня отправят на бойню, и он больше никогда меня не увидит.
В некоторые дни я все еще ненавижу его за то, что он сделал со мной, но не стану себе лгать и утверждать, что между нами нет никакой связи. Он был моей эмоциональной опорой последние два месяца, и я тоже уже начала его понимать.
