– Буквально все средства массовой информации контролируются евреями, и они же задают тон для всех остальных СМИ. Уничтожение нашей расы – основная задача в их планах.
Видя озадаченное выражение на лице Оскара, Гарри вмешался:
– Сначала, Оскар, позвольте мне исправить ваше впечатление, что я являюсь могучим логиком. Факты, о которых я рассказал вам сегодня вечером – это все, о чем мы в Лиге размышляли в течение долгого времени. Это не значит, что мы умнее всех; просто мы постоянно осознаем некоторые вещи, которые, по нашему мнению, очень важны, и о которых большинство других людей не очень задумывается.
Если бы они это сделали, то были бы способны спорить об этих проблемах точно так же, как это делаем мы. Самая большая польза моего членства в Лиге состоит в её влиянии на мое понимание фактов: я смотрю в правильном направлении и предупрежден о вещах в жизни, которые действительно имеют значение.
– Во-вторых, Колин абсолютно права. Новостные и развлекательные СМИ жестко контролируются евреями, а евреи – не Белые.
Некоторые из них могут выглядеть как Белые, но ни один расово сознательный еврей не думает о себе как о Белом, а евреи, как группа – наиболее расово сознательные люди на нашей планете, так сказать, с большим преимуществом. Евреи называют своих врагов, а к ним они относят всех, кем не могут управлять, «неонацистами», потому что им стоило больших усилий сделать этот ярлык позорным; они вложили в это слово тяжкий груз чувств и ощущений так, чтобы большинство людей реагировали на него отрицательно, не имея ясного представления о том, что это означает.
Аделаида, которая слушала, не проронив ни слова, прервала свое молчание еще раз:
– Вы опять говорите точно как мой дедушка. Он часами говорил мне о евреях, но я никогда всего не понимала."
"Оскар встал. Ему не понравилось направление, в котором развивалась беседа. Одно дело была его борьба против расового смешения, но он не видел никакого смысла в антисемитизме. Он знал, что многие люди не любят евреев, но до сих он считал, что они Белые, и знал пару евреев, которые не любили черных не меньше, чем он сам.
Он вспомнил Дэна Левина, одного из своих сокурсников – аспирантов в Колорадо. Ему лично никогда не нравился Левин, который вызвал у него чувство омерзения, но аспирант точно был евреем, и всегда рассказывал анекдоты о черных, даже больше, чем Гарри.
– Гарри и Колин, спасибо вам за обед. Аделаида и я должны бежать. И еще раз благодарю за приглашение, посетить одно из ваших собраний, Гарри.
