Репортер, казалось, не считал эту угрозу бойкота сколько-нибудь серьезной: организация, которую представлял священник, видимо, не была ни большой, ни влиятельной.
Слова священнослужителя привлекли внимание Оскара, и он почувствовал, как смутная мысль зашевелилась в его голове, но в это время Аделаида, отбросив в сторону простыню, потянулась к спинке кровати, чтобы выключить телевизор. При виде ее голых, гладко-округлых ягодиц в метре от его лица все мысли, кроме одной, тут же вылетели у него из головы.
Червячок мысли, однако, остался, и на следующее утро за столом во время завтрака он спросил:
– Как ты думаешь, малыш, что случится, если десять миллионов христиан внезапно заявят, что пока правительство не пообещает не посылать более Израилю ни одного цента, они не будут платить налоги и начнут покупать импортные товары вместо американских всякий раз, когда у них будет выбор; что они не будут заполнять налоговые декларации, если они занимаются собственным бизнесом; что они намерены требовать полного возврата всех удержаний, если они наемные работники и что они собираются покупать «Хонды» и «Дацуны» вместо «Фордов» и «Шевроле»?
– Я полагаю, что ты говоришь об аудитории Сола.
Но откуда взялись десять миллионов? Я думала, что их около семи с половиной.
– Столько их было месяц назад, до того, как Колдвелл и остальные набросились на Сола. Думаю, что теперь число близко к десяти миллионам. В любом случае девять с половиной миллионов уже есть.
После краткого раздумья Аделаида ответила:
– Я сомневаюсь, что в обычные времена это оказало бы большое влияние. Но в нынешнее тяжелое время, если так много людей прекратят покупать американские машины, это может повысить безработицу еще на доли процента. Если они действительно не станут платить налоги, это также немного увеличит инфляцию. В общем, я не думаю, чтобы все это так повредит правительству, чтобы привести к изменению его политики в отношении Израиля.
Но могут начаться волнения, особенно когда правительство начнет бросать в тюрьму так много людей за неуплату налогов.
– Хорошо, предположим, что это происходит одновременно с международным бойкотом американских товаров. Ты не думаешь, что шесть–семь миллионов американцев, присоединившихся к бойкоту, сильно поддержат его и убедят намного большее число иностранцев также подключиться к нему?
– Возможно... Вероятно.
