Оскар обратился к Гарри:"
"– Как вы думаете, повлияет ли закон Горовица на ваши возможности продолжать выпускать и распространять ваши материалы? – Некоторые действия придется перенести в подполье, но в основном то, что мы делаем, вероятно, не будет немедленно затронуто, – ответил Гарри. – Мы всегда придерживались крайне позитивного подхода, делая упор на повышение расового сознания нашего собственного народа, вместо того, чтобы указывать на недостатки других наций. Список книг, которые мы распространяем, начиная с «Энеиды» и «Беовульфа», включает множество других классиков в области западной истории и легенд.
Большая часть из них – это те вещи, с которыми обычно был знаком любой дипломированный специалист из наших лучших университетов, пока демократия не пришла в образование, и стандарты были понижены так, чтобы негры и мексиканцы также смогли получать ученые степени. Потом, конечно, поборники равноправия преднамеренно «пропололи» книги, которые, как они считали, были написаны с точки зрения Белого мужчины – расиста и защитника домостроя, вы же знаете, – напыщенно добавил Гарри, всем своим тоном подчеркивая самодовольство.
А потом уже с издевкой произнес: – Если книга не была написана воинствующей лесбиянкой, американским индейцем-реваншистом или негритянкой со СПИДом, которая обратилась в иудаизм, это было подозрительно. Исключение делалось лишь для «холокоста», для описания которого в авторы годились и евреи-мужчины, даже с нормальной сексуальной ориентацией.
Теперь некоторых классиков трудно найти даже в университетах, так что мы приносим пользу, делая доступными их получение из одного источника. Я все же не думаю, что правительство готово бросать людей в тюрьму за чтение «Илиады». Есть определенные книги, которые мы распространяем, в которых говорится о евреях, и которые они могли бы попытаться запретить, если бы это было единственное, что у нас есть. У нас также есть книги, в которых даны исторически более точные версии «спорных» исторических тем – второй мировой войны, например, – по сравнению с официально одобренными книгами, и они действительно с удовольствием предали бы их огню.
Но я сомневаюсь, что нас станут преследовать из-за какой-нибудь из наших книг именно сейчас. Я думаю, их страшит, что если они нападут на нас за любую из них, то это лишь привлечет внимание к остальным нашим книгам, и вызовет некоторые вопросы, которых они сейчас предпочли бы избежать.
