Мне хотелось, чтобы тебе было хоть немного больно, ведь ты такой толстокожий. Изменяла в знак протеста... После каждой измены я с му´кой в глазах слушала твои слова о любви... Мне хотелось, чтобы ты меня убил, только бы не чувствовать эти терзания.
Я небрежно поправила прическу и громко рассмеялась в лицо своему мужу. Вокруг белый снег, и сейчас, буквально через несколько минут, он окрасится алой кровью. Я расстегнула пуговицы на норковой шубке до самого низа и продемонстрировала мужу коротенькое, облегающее черное платье.
Мне хотелось, чтобы он заметил, что я шла на свидание к другому мужчине... Муж это понял. Я по его глазам вижу, что ему сейчас очень больно... Наконец-то я смогла причинить ему боль...
Его рука дрожит, но я уже чувствую запах крови. Мне кажется, ею начинают пахнуть снег и моя норковая шубка, пропитанная моими любимыми французскими духами.
— Ну давай, стреляй! — бросила я мужу и истерично засмеялась. — Стреляй или пошел прочь из моей жизни!
Муж смотрит на меня совершенно безумными глазами и не может понять, почему я не ползаю перед ним на коленях и не прошу оставить в живых.
Все эти годы я твердила ему, что не буду стоять на коленях, особенно перед мужчиной. Неужто он так до сих пор этого не понял...
Я запахиваю шубу, делаю шаг в сторону и... ощущаю удар в грудь. Боже, как больно... Я падаю на снег, замечаю, что он забрызган кровью, и... улыбаюсь. Я чувствую смерть... Затем нахожу в себе силы и пытаюсь поправить прическу. Даже в такую минуту мне хочется быть красивой.
..
Тот, до кого я сегодня так и не доехала, наверное, смотрит на часы, подходит к окну и недоумевает, почему я задерживаюсь... Точно. В упавшей на снег сумке звонит мобильный. Я даже не сомневаюсь, что ЭТО ОН...
Мне жаль себя... Жаль, что все так закончилось... Такая молодая и такая красивая... Может быть, грешная, циничная и порочная, но ведь такой меня сделал именно ты... До того, как с тобой сойтись, в душе я была истинным ребенком с разными внутренними страхами и комплексами.
Лицо и тело становятся чужими и перестают мне повиноваться.
Темнеет в глазах, и я уже не вижу белого ослепительного снега. Совсем недавно он был такой чистый, а теперь черный... Вот уж не думала, что когда-нибудь увижу черный снег...
Странно, но, несмотря на трагизм ситуации, мне удается улыбнуться. Чернеющее небо... Темный силуэт мужа, который роняет пистолет и падает на колени. Мне никогда не узнать, зачем он встал на колени.
Я уже ничего не вижу, ничего не слышу...
