Должна же я знать, что за неведомую зверушку завела.
Пока ждала Фриду, просмотрела свиток, пропуская все, что связано с дрессурой. Устоявшуюся личность воспитывать, только портить. Тут надо научиться сосуществовать, а лучше — подружиться.
— Написано, что вы фруктами питаетесь.
— Не читай тексты, написанные глупцами, спроси у первоисточника, — изрек попугай. К слову, ваза с местными, довольно аппетитными на вид яблоками стояла на туалетном столике, и Лошарик не проявил к ней должного интереса.
— Спрашиваю у первоисточника, — не стала сопротивляться я.
— Аррелы всеядные, как и маги, с которыми тем приходится жить. Лично я предпочитаю ветчину и… ветчину!
Ха! Исчерпывающе. Однако, желание поддеть заносчивую птицу не покидало меня с той самой минуты, как мы начали беседовать.
— А ветчину ты часом не ешь? — спросила я и…
О, да! Это была моя птичка!
— Ну, если ничего, кроме ветчины, нет, то можно и ее, но я бы все же предпочел ветчину.
И кто он после этого? Тролль!
Вернулась Фрида и аррел замолчал.
Он устроился в подушках и застыл, как элемент декора.
— Ваш супруг приказал подавать ужин здесь, миледи, — сообщила нянюшка. — Пойдемте, я помогу вам переодеться.
Против этого, после напряженного дня не возражала, но пожелания озвучила:
— Сначала я приму ванну, а ты сходишь и попросишь подать к ужину ветчину.
— Ветчину, миледи? — удивилась Фрида. — Точно к ужину? Не к завтраку?
— Прихоть Его Светлости, — соврала я.
Спорить и оправдываться не хотелось, а вот в ванну хотелось очень.
И через минуту я уже нежилась в горячей ароматной воде. Самой настоящей, не магической и вполне человеческой.
К ужину выбрала одно из платьев Тэс. Оно, конечно, не столь изысканное, зато шнуровка удобная и болотный цвет очень мне шел. Светлость уже ждал. Он сидел, закинув ногу на ногу, у накрытого столика. Сбоку потрескивал дровами камин. Лошарик, видимо, предпочел скрыться на время визита.
Когда я вошла, Агиар плавно для столь массивного мужчины поднялся из кресла и подошел ко мне.
И что делать-то? Наши леди, как хорошо натренированные собачки, в таких случаях лапку подают, но здесь могли быть совершенно иные обычаи. Эх, была не была!
И я протянула ему руку.
Не удивился. Лапку мою сгреб и облобызал. Нет… Не так, он прикоснулся губами к коже, обдав ее горячим дыханием, и… Конечно, проснулись мурашки! Звали их! Между прочим, сегодня я рассчитывала на интимно проведенное время!
— Вы чудесно выглядите, Тэс, — шепнул он.
И так шепнул… Так!..
