Конечно, многие человеческие маги с радостью подписывали договоры о сотрудничестве с крылатой академией, но Тев Арбери не раз доказал, что он лучший среди владеющих этим даром. Вредный старик сколько угодно мог не нравиться ректору лично, но Агиар ценил его.
Из-под ладони целителя, которую он держал над животом леди Тасии, струился ровный свет цвета молодой листвы. Девушка была все еще бледна, но глубокие ссадины постепенно исчезали. Однако, это пока ни о чем не говорило. Магистр Арбери раскраснелся, на широкой лысине проступила испарина.
Он кряхтя ослабил шейный платок, но руки не отвел. Судя по сосредоточенному лицу мэтра, его напряженной спине и поджатым губам, что-то шло не так, как хотел бы маг.
— Воды! — потребовал он.
Герцог знал, что целитель просил для себя. Жажда всегда обуревала, когда стремительно заканчивался резерв. Он подошел к секретеру, достал графин с рубиновой жидкостью и наполнил бокал.
Магистр пил жадно, продолжая вливать магию в девушку. Затем кивком поблагодарил и отдал бокал Орфесу.
— Я могу чем-то помочь? — спросил его Агиар.
— Боюсь, лорд ректор, ей уже и святые создатели не помогут, — покачал головой старик, и только после этого убрал руку. — Жаль. Красивая девочка. Такая юная и чистая.
— Эта девочка — моя жена! — отчеканил Орфес с таким упрямством, словно не услышал слов целителя.
— Сожалею и соболезную, — склонил голову Арбери. — Она была вашей женой, Агиар. Смиритесь, как смирился я, ибо почувствовал в ней спящую родственную магию. И могу сказать с уверенностью, что леди должна была стать целительницей.
Герцог опустился у кровати на колени и никак не мог поверить, что это невинное, прекрасное существо мертво. Такая красивая… Такая нежная… Даже принадлежность к человеческой расе не портила ее прелести и очарования.
Разумеется, разразится скандал с королевствами людей. Орфес мог с уверенностью сказать, что его жену принесли в жертву, чтобы втянуть Агиаров в бессмысленную вражду и ослабить. Только кому это было выгодно?
Он никак не мог сосредоточиться на мыслях о политике и благе страны.
Ему действительно было жаль юную леди Тасию. А может, не только жаль?
— Вы уверены, что надежды нет, магистр? — все же спросил он целителя.
— Ошибки нет, лорд ректор. Девушка мертва, — ответил Арбери. — Женский магический дар несколько отличается от мужского. Мы рождаемся, обладая своей силой, а дамы… Там все сложнее, лишь когда девушка становится женщиной, вместе с ее истинным началом в ней пробуждается и магия.
