Вот только, кроме нее, он ни разу не станцевал ни с кем, в том числе и со своей племянницей.
Поняв, чем все это может кончиться, Рослин пришла в ярость. Но что толку. Ущерб ее планам уже был нанесен. Правда, лорд Грэмп на пикнике у озера пригласил ее в театр. Но, вернувшись в Лондон, отменил приглашение, вспомнив вдруг, что у него есть другое обязательство на назначенный день. Ясно, что это был лишь предлог, а истинной причиной являлся интерес, проявленный к ней Энтони. Да и другие претенденты с момента их возвращения в Лондон не появлялись у них дома.
Можно, конечно, успокаивать себя тем, что они просто очень заняты. Но не все же сразу. Нет, эта «невинная» забота родственника хозяйки выходила ей боком. Какой уж тут сон!
Но если она так отчетливо помнила все это, то почему же память не сохранила и малейшей детали, способной объяснить ее появление в этой ужасной комнатушке? Новая проделка Энтони? Нет, на такое он не способен. Еще менее вероятно, что Франсес, пусть и очень рассердившись, могла засунуть ее сюда.
Остается только один ответ, если, конечно, она не сошла с ума и все это не галлюцинация. Но голова ее соображает нормально, а то, что она видит, — слишком реально. Значит, самое страшное: Джорди! Но как он сумел похитить ее из дома на Сауф-Одли-стрит? Где она сейчас? Невероятно! Но другого объяснения просто нет.
А может, все-таки есть? Какая-то, наверное, самая оптимистичная частица ее души продолжала сопротивляться. Согласиться с тем, что Джорди победил, было невозможно.
Хотелось верить во что-то другое, пусть самое неправдоподобное.
Поэтому, когда ответ предстал перед ней в реальном человеческом обличье, Рослин удивилась вполне искренне. И конечно, сильно испугалась. Страх противным комком подступил к горлу, мешая дышать, холодный пот выступил даже на ладонях. Да, перед ней стоял не кто иной, как собственной персоной Джорди Камерон, лицо которого выражало необычайное торжество. Она в его руках! Ужас окончательно парализовал Рослин.
— Ну что ж, рад видеть тебя.
Миссис Пим оказался права — ты наконец-то проснулась. Она делайт мне одолжение, сидеть возле твоей двери и ждать, когда ты зашевелишься, чтобы тут же сообщить мне. Она знает, сколь я есть нетерпелив, а звон монеток усилил ее усердие. И не надейся, девонька, что она будет слушать какой-то твой вздор, захоти ты с ней делиться твои беды. Я уже рассказайт ей такую занимательную историю о том, как важно спасать тебя и вернуть в лоно семьи.