Вилберт, сам не понимая, как такое могло случиться, лишился своего ножа и, к своему ужасу, увидел его в руке противника. Не дожидаясь продолжения, он что было прыти помчался вниз по лестнице, ругаясь и постанывая. Поднявшийся на ноги Томас последовал примеру брата, и через мгновение они, подталкивая друг друга, уже выскакивали на улицу через дверь парадного.
Рослин в это время расхаживала по комнате, стараясь хоть немного унять свой гнев, прежде чем заговорить с кузеном.
— Самое грязное, самое отвратительное и мерзкое ругательство будет слишком мягким для тебя, Джорди Камерон.
Мне стыдно, что ты носишь это имя. Ты хоть сделал в жизни что-нибудь хорошего или только порочил его?
— А ты, надо полагать сделайт, да?
— Лучше помолчи, парень! Это из-за тебя я сейчас замужем. Да, только из-за тебя я вынуждена была выйти замуж тогда, когда совсем не собиралась делать этого. По крайней мере таким образом, как пришлось!
— И потеряла все, что имел, упрямая дура! — закричал он. — И я рад тому, слышишь? Раз уж мне не пришлось стать владелец Камерон-Холла, то по крайней мере и у тебя его отняли, да еще одурачили!
Рослин удивленно посмотрела на него, забыв, что собиралась сказать прежде.
— Что за вздор ты мелешь?
— А, не знаешь. Он сжигайт твой брачный контракт. Сам мне сказал, — ответил Джорди, издавая звуки, похожие на смех. — Этот коварный ублюдок забрать все, что у тебя было, себе. Ты не получишь назад ничего, даже если он умирать, поскольку он написал такое завещание. Все отойдет его клану.
Так-то. С отличным муженьком ты связать своя судьба, дорогая кузина!
Она чуть было не расхохоталась, но вовремя сдержала себя, решив, что раз уж Энтони наговорил такое, то ей открывать Джорди глаза не следует. Надо признать, мужу пришла в голову блестящая идея. Кузен теперь абсолютно уверен, что потерял ее навсегда.
— Однако я и сейчас предпочитаю его тебе, — произнесла она вслух.
Лишившись последнего утешения, Джорди в волнении попытался вскочить с кровати, но тут же плюхнулся назад, громко простонав.
— Тебе следовало уехать, Джорди, сразу же, как только ты получил такую возможность, — продолжила Рослин безо всякого сожаления в голосе. — Ее у тебя может не оказаться, если мой муж узнает, что ты все еще здесь. С ним, как ты мог убедиться, шутки плохи. То, что он с тобой сделал, ты вполне заслужил, пытаясь убить его.
— Я хотел только припугнуть его, чтобы он от тебя отвязаться. Тогда мне не было известно, что вы поженились.