Раньше денег было недостаточно, чтобы заткнуть все дыры, приходилось рассредотачивать силы, но с украденными со счетов компании деньгами мы могли себе позволить расширить штат, закупить ультрасовременное оборудование и добить гадину.
- Вы решили, что будете делать с сестрой? – детектив умел задавать неуютные вопросы в самый неподходящий момент.
Мы поднимались в лифте, я все еще кипела от злости на Сабурова и не хотела думать о Карине.
Если в отношении Ивана и его подручных я давно поставила себе ясную цель: уничтожить.
То с Кари я так и не придумала ничего. Она предала меня, участвовала в покушении, спала с моим мужем. Все это так, но она была моей сестрой. Мы росли вместе. Вместе переживали смерть матери и отца. Я не могла ее простить, но и наказать так же жестоко, как Ивана, не могла. Недостаточно озлобилась для этого.
Марфа только качала головой, когда речь заходила о Карине. Ей было легко рассуждать о наказании, Кари была для нее чужой, а для меня самым близким человеком в прошлой жизни.
От этого ее предательство было больнее, но это же и обезоруживало.
Глядя на то, как с ней обращается Иван, я думала, что она сама себя наказала.
Конечно, я прокручивала в голове разные варианты, представляла, как Карину сажают в тюрьму за соучастие в моем «убийстве». Как с ней разводится Макар, узнав про измену. Но окончательного решения так и не приняла. Хотя понимала, что рано или поздно придется.
- Пока просто узнай, кто ее шантажирует и чем, возможно мне и не понадобится ничего делать, - ответила детективу.
Мы как раз зашли в уютную квартирку, мой новый временный дом.
Стас показал мне, где, что находится, уделяя особое внимание, спрятанному оружию, электрошокерам и кнопкам безопасности, которые нужно было нажать в случае вторжения. Даже в ванной за бачком унитаза и под подушкой в спальне были спрятаны пистолеты. Детектив подошел к обеспечению квартиры основательно. Это и успокаивало, и пугало. Когда он ушел, оставив меня обживаться, я еще раз проверила все тайники, убеждаясь, что все запомнила правильно.
Меня злило то, что Сабуров стремился отобрать контроль над ситуацией, но пренебрегать собственной безопасностью я вовсе не хотела.
***
- Когда я говорил про «развратное», то имел в виду что-то менее сексуальное, - произнес Николай, лично открывая передо мной дверцу роллс-ройса.
Я пожала плечами, но в душе кричала от радости. Не зря потратила целый день на создание образа.
