Сам! Своими руками, увешанными золотыми перстнями и золотым Ролексом, стоимостью в новую иномарку. И ими же раздевал. Доводил до точки невозврата, против собственной воли. Душа не хотела, а тело вопило. От безумного, невыносимого, сжигающего в прах удовольствия.
Я не хотела принимать эти подарки, но он бы разозлился. А в гневе Кирилл был слишком опасен. Приходилось молча выполнять его прихоти, прикусив язык до боли и привкуса крови, сжимая кулаки. Но я совру, если скажу, что всегда делала это с яростью и ненавистью в сжатых кулаках.
О, нет. Мне хотелось хоть немного верить в чудо. Что однажды, когда он узнает меня получше, он опомнится. Он влюбится. Сильно-сильно привяжется. Так, что не сможет дышать без моего присутствия. Так, что я стану для него его чистым кислородом. А я, в свою очередь, смогу ему довериться и раскрыть самую важную тайну, которую с дрожью в нервах несу на себе вот уже несколько месяцев, как огромную тару с ядом.
Мечты. Всего лишь глупые мечты. Маленькой наивной девочки.
Что, со слезами на глазах, со сцепленными в замок руками, стоя на коленях перед алтарём, свято верит, что её самые сокровенные грезы неожиданно превратятся в заветную реальность.
***
Спустя четыре месяца.
Я не пыталась что-то доказать Большакову. Мы практически с ним не общались. Встречались примерно раз в неделю. Иногда даже чаще. На протяжении четырёх месяцев. Сегодня, он пригласил меня в один из самых роскошных отелей столицы. После конференции для успешных предпринимателей, что проходила в этом же месте.
Тогда я даже представить себе не могла, что эта встреча станет для нас последней. Последней в нашей жизни. Наверно… А дальше, он просто исчезнет. Бросит меня с ребёнком на руках в центре перекрёстка наших судеб, и мы пойдём своими дорогами. Каждый сам по себе.
Я пила таблетки, но он все равно в меня кончал. Я верила, что он не бесплоден.
Но мое мнение было для него всего лишь пустотой."
"Однажды, получив очередное платье из самой последней брендовой коллекции «Chanel», я не удержалась, и спросила Кирилла:
– Зачем ты даришь мне подарки?
На что он без капли эмоций ответил:
– Просто так хочу.
За удовольствие, которое ты мне доставляешь.
Выждал паузу.
– Но это ничего не значит. Скоро мне надоест с тобой играться. И ты станешь свободной на все четыре стороны.
Мерзавец мне врал. Я это чувствовала. Да и видела. Грусть в его глазах.
И до сих пор не понимала, за что он так со мной поступает. И что я ему плохого сделала? Чтобы унижать. Ненавидеть. Грубить.
