И название у этого яда было гаже не придумаешь: «Предательство любимой женщины».
* * *Эмиль не знал, сколько просидел на полу. По ощущениям жизнь, а по факту вряд ли больше нескольких минут. По крайней мере, минутная стрелка настенных часов не успела передвинуться дальше нескольких делений.
Тик-тик-тик — щелкала секундная стрелка.
Эмиль пялился на нее как загипнотизированный.
И все это время слушал, как Лора ходила в глубине квартиры, что-то делала.
«Она и вправду собирает вещи…» — дошло до него с запозданием.
Не валяется перед ним на коленях, не молит о прощении, не истерит, как его вторая жена… А могла бы, вообще-то, и поистерить, и поплакать, хоть попытаться объяснить, зачем легла с этим типом, постараться вымолить прощение.
Чего ей не хватало? У них разве было мало секса? Лора получала недостаточно яркое удовольствие? А чего тогда стонала каждую ночь?
Чем ей не угодил Эмиль, что она решилась на подобную подлость? Почему пошла на измену?
И с кем? С доставщиком, мать его так!
Почему именно с доставщиком? Чтобы еще больше унизить Эмиля?
Интересно, она проделала это в первый раз или уже не раз кувыркалась с этим типом в их же постели? Или с другими, подобными ему.
Эмилю стало так мерзко, что захотелось взвыть.
Внутри все будто сгорело заживо и обуглилось. Ничего живого не осталось.
«Пусть валит… Видеть ее не могу!»
Все, чего ему хотелось в ту самую секунду — чтобы ее вообще в его жизни никогда не было. Чтобы шесть лет назад он с ней не знакомился вовсе, просто прошел мимо. О, если бы он знал, что она способна на такое, прошел бы мимо не задумываясь.
Еще бы плюнул в ее сторону.
Это же какой тварью надо быть, чтобы вот так внаглую изменять!
Она же его этой изменой просто убила, она этого не понимала, что ли?
Внезапно он услышал шаги уже в районе прихожей. Очень характерно брякнуло — как будто Лора взяла в руки связку ключей, и они ударились друг о друга.
«Она что, уже собралась?!» — взревел он про себя.
Ведь прошло максимум десять минут. Он дал ей полчаса, уже все собрала?
Тут он понял — сейчас Лора и вправду уйдет.
И все.
«А если она беременна?» — снова вспомнил он про эту немаловажную деталь.
Вспомнил и поморщился. Ведь при таком раскладе стереть Лору из жизни уже никак не получится. А столь желанное отцовство превратится в пытку, ведь придется день через день сталкиваться лицом к лицу с той, что не может вызывать ничего, кроме омерзения.
«Любишь кататься, люби и саночки возить, Эмилюшка…» — вспомнилась любимая поговорка бабушки.