— В октябре ещё тепло, но можно накинуть роскошную белую шубку, уже красивая золотая листва…
— Валентина Сергеевна… нет, — опускаю я взгляд, качая головой. — Я думаю, что все эти планы поспешны. В октябре не будет свадьбы.
— Но в ноябре такие ветра… Они испортят нам фотосессию.
— И в ноябре — нет.
— Ты хочешь зимой? — ползут её брови вверх.
— Я вообще, если честно, не хочу пока замуж.
— Ну как же… Ника? Мы уже всех оповестили… Почему? Максимка так любит тебя! Он не переживёт твоего отказа…
— Ох, перестаньте, Валентина Сергеевна.
Он не каждый день и вспоминает-то о том, что я существую.
— Гадёныш неблагодарный… — с чувством. — Он чем-то обидел тебя?
— Да нет. Наоборот. Я ему очень благодарна за тот случай, когда он спас меня от нападения собаки. Но… для брака этого недостаточно, мне кажется.
— Он рисковал собой! Разве может быть что-то другое более серьёзным доказательством чувств?
— Не знаю… — опять начинаю сдаваться. — Я очень ценю его поступок.
Нечаянно касаюсь браслета, отправляя ещё одно прикосновение Беркуту, и краснею от того, что сделала это первой.
Чёрт возьми, даже браслет мне приносит в сотню раз больше эмоций, чем… Отыскиваю взглядом Макса. Он со смехом говорит с кем-то по телефону. Мать смотрит на него с застывшим лицом.
Короче, нет!
— Я Вас очень прошу, не муссируйте, пожалуйста, больше тему с нашей свадьбой. Не надо никаких официальных заявлений. Я буду это опровергать. Пока что у нас с Максом нет ни одного повода для брака.
Стягиваю колечко… Протягиваю ей.
— Я возвращала Максу, но… возьмите Вы, пожалуйста.
Она обиженно отмахивается.
— Прекрати, это подарок. Не нужно его возвращать. Ты лучше подумай о будущем. Только представь, как высоко вы взлетите с Максом, если организовать слияние моего бизнеса и бизнеса твоего отца. Вы встанете у руля!"
"— Да ну зачем мне это? — искренне удивляюсь я. — Папа не отпустит этот руль ещё лет двадцать! И слава Богу! Машины — это не то, что вдохновляет меня.
— Ты можешь и не касаться бизнеса. Машины вдохновляют Максима. Он будет заниматься всем, а ты лишь пожинать плоды и жить в своё удовольствие.
— Да я и так… — пожимаю плечами. Зачем мне для этого Макс? Но вслух не говорю, чтобы не обижать Вишневскую.
— Ника, подумай… что будет, если отца вдруг не станет? Кто подхватит эту махину?
— Да не хочу я о таком думать! — с возмущением делаю шаг назад.
— Зря. Обо всём надо думать заранее.
