Пусть она будет сверху. Ради разнообразия попробовать представить, что она хочет этого сама. И позволить ей двигаться так, как она хочет.
Ты любишь быть сверху, красивая девочка? Ты прекрасно будешь смотреться с этого ракурса.
Переворачиваюсь обратно на спину. Сжимаю скользкую головку, толкаясь в кулак. И двигаю бёдрами, представляя, что трахаю её снизу. Но ни в одной, сука, фантазии, она не желает целовать меня, отвечать мне, кайфовать со мной! И в этой я снова трахаю её сам, жёстко, нагло, зажимая, не позволяя вырваться, насильно, и… да, мстительно, с привкусом горечи и боли внутри.
Да блять… Почему так?..
Вся эта жесть стопорит меня ещё сильнее на пути к ней. Потому что нахуй ей это всё?.. Она такая лялька, неженка, избалованная вниманием девочка. Избалованная заслуженно.
А я — больной на всю голову придурок, маньяк, сталкер, возможно, неспособный и близко выдавать то, что ей нравится и нужно. Потому что одно дело — проговорить про себя что-то нежное женщине, а совсем другое — произнести это, глядя ей в глаза.
Произнести…
Отшвыриваю в сердцах подушку в сторону. Вот тут-то и главный стоп-кран. Зачем самой яркой и богатой наследнице города грёбаный инвалид, не способный выразить чувства?
Глава 5 — Не одинок (Беркут)
Два месяца, как я вернулся к работе. Хотя деньги со страховки ещё остались. И одиночество я тоже люблю. Но в связи со своим вынужденным молчанием — переел. А здесь все свои. Мне комфортно и немому.
Подпрыгиваю, хватаюсь за перекладину турника.
Медленно поднимаю себя и застываю в верхнем положении. Мышцы дрожат, но не отказывают, как сразу после операции. Форму практически вернул. Делаю выход на одну руку, потом на вторую… оборот вокруг перекладины. Подтянувшись, закидываю ноги и повисаю головой вниз. Закрываю глаза, слушая, как стучит кровь в уши. За спиной голоса… Раскачавшись, мягко спрыгиваю.
— Вы хотите выдрессировать эту собаку для глухонемой девочки? Как проводника?
— Как охрану, как проводника и как компаньона.
Чтобы дочь могла уверенно гулять одна.
Оборачиваюсь на голоса.
— Беркут, это твои клиенты.
Протягиваю руку мужчине, который держит на поводке трёхмесячного кобеля. Немецкая овчарка. Хороший выбор.
— Александр. Виктор, — представляет нас администратор. — Александр — немой.
«Временно!» — хочется добавить мне. Но кому, кроме меня, это важно?
— Два месяца, как мы запустили программу по подготовке собак для немых клиентов. Александр — опытный инструктор.
