Я периодически активирую артефактное зеркало Лорда Тени, запускаю заранее записанные на него закладки подчинения. Попадающиеся по пути теневые зверушки слушаются, как дрессированные. Без лишних фокусов, без напряжения. Я почти не трачу собственной энергии — зеркало всё делает за меня. Мана экономится ощутимо, и это особенно ценно в условиях, когда нужно сберечь каждую каплю источника.
Тварей я сразу направляю в свою тень. Места внутри хватает, тень у меня вместительная благодаря манипуляциям Воронова, а уж с моей системой распределения потоков — тем более.
— Даня, я поражена, что синкрылые до сих пор не сбежали, — замечает Настя по мыслеречи, поглядывая на стражников что толпой топают за нами.
— И не говори, — вздыхаю. По идее, доблестная городская стража должна была давно в панике сбежать от нас кто куда. План простой: они бегут, твари реагируют на движение и бросаются следом — всё предельно логично.
Но нет. Стражники хоть и дрожат от страха, но не драпают во все стороны, наоборот временами поглядывают на мое лицо с надеждой что я скажу что им делать.
Никакой бы «дежурный пароль» тут не сработал бы, они же не совсем дураки и знают врага их лорда в лицо. Может, у них развился Стокгольмский синдром?
Впрочем, ладно. Даже так они работают неплохой приманкой. Настя и Змейка — слишком сильные для такой роли, про себя я вообще молчу. Некоторые вари чувствуют сильных магов, а потому обходят нас стороной. А вот доблестная городская стража теневым зверюшкам как раз по зубам. Распылённые по парку твари стекаются ближе.
Я чувствую их присутствие в моём контуре. И когда очередная зверюшка приближается, чтобы напасть, я активирую зеркало и подчиняю ее. Правда, тень у меня хоть и вместительная, но у всего есть предел. И так полроты в себе держу. Потому следующих зверюшек закидываю в тени Змейки и Насти.
Змейка начинает принюхиваться к своей тени, фыркает и недовольно рычит. Наверное, для чуткой хищницы не самое приятное ощущение — в твоей тени шевелится десяток чужих рож.
— Потерпи до дома, — бросаю ей на ходу, не отвлекаясь от перенаправления потоков.
Змейка закатывает глаза, корчит рожу и скребет ногой на свою тень, пофакивая.
В этот момент по мыслеречи связывается Лакомка.
— Мелиндо, Золотой прибыл. Уже доставлен в Херувимию.
— Отлично, — отвечаю. — Держите его наготове. Как только я закончу с мелочевкой, чтобы она не мешала, можно будет заняться и самым крупным пирожком…"
"Фразу не успеваю закончить, как тот самый пирожок вдруг зашевелился.
