— Мы вас не пропу… — начинает он, но договорить не успевает.
Фраза обрывается в тот самый миг, когда Настя, стоящая чуть позади меня, почти незаметно приоткрывает рот. Конечно же, по моей команде.
Одного этого движения достаточно.
Звуковая волна чудовищной силы срывается с её губ и с мощью тарана обрушивается на капитана. Его словно подхватывает невидимая рука: он отлетает назад, как лёгкая тряпичная кукла, и, не издав ни звука, глухо врезается в брусчатку.
В ряду стражников тут же наступает замешательство.
Они рефлекторно обнажают оружие, но на их лицах читается растерянность: никто из них не понял, что именно произошло. Атака пришла из ниоткуда. Они не видели, кто её произвёл, не услышали самого удара — лишь глухой хлопок, резкий вибрационный толчок, как от динамика на концерте.
Я не упускаю момент и спокойно вхожу в роль.
— Похоже, капитан не может продолжать стоять на своих двоих, — замечаю в сторону, словно говорю о чём-то обыденном. — Итак, кто из вас теперь исполняет обязанности господина капитана?
Пока стражники переглядываются, один из них — молодой, но явно с амбициями — делает шаг вперёд, хватаясь за переговорный амулет и одновременно крича:
— Именем Совета приказываю садиться в карету и разворачиваться! Вы до…
Но, вот незадача, договорить он тоже не успевает.
Одна из карет стражи вдруг со скрипом взмывает вверх и падает говорящему на голову. Оглушительный грохот.
Это Змейка скользнула сквозь стоящие кареты, обогнула строй, и в нужный момент подбросила самую дальнюю, как детскую игрушку, прямо на заместителя капитана.
Резкий удар, тело исчезает под обломками.
— Он нас держит за дураков! В атаку! — вопят стражники. Паника окончательно захлестнула строй, и теперь у них не осталось сомнений: их выбивают целенаправленно, по одному.
Но дергаться уже слишком поздно. Тавры, заранее ушедшие в обход, выскакивают из переулков, слаженно, без лишнего шума, и мгновенно берут стражу в плотное кольцо.
Рогатые гиганты в каменных доспехах не произносят ни слова.
Окруженные стражники замирают, не желая связываться с Мастерами.
Я подхожу ближе, киваю одному из тавров, и тот делает шаг в сторону, освобождая мне обзор. Теперь я вижу всю картину: цепочка растерянных, дрожащих херувимов.
— Может, я всё-таки пойду на Совет? — произношу спокойно, обращаясь не к кому-то конкретному, а скорее в пространство.
Отвечают мне вразнобой, сбивчиво:
— Да, да, конечно! Проходите! Как не пройти… Конечно, пожалуйста!..
