Или вовсе не спал?
«С добрым утром, моя девочка, – писал он. – Сегодня я заеду за тобой в десять. Отказы не принимаются. Надеюсь, к этому времени проснешься».
В этом сообщении причудливо сочетались Антон и Кей – что-то новенькое. И очень интересное.
Я улыбнулась сама себе.
«Доброе, Антош. А если ты приедешь, и меня опять не будет?:)» – не удержалась я от шпильки.
«Думаешь, не отыщу тебя вновь?» – тотчас спросил он, и я почти как наяву увидела его лицо, иронично улыбающееся.
«Ты так в себе уверен…)»
«Это не моя уверенность», – прислал он почти мгновенно сообщение.
«А чья же?» – поинтересовалась я.
«Одной сумасшедшей стервы по имени Любовь», – отвечал Антон.
Мне любовь казалась чем-то трепетным, нежным, манящим – как бархатные облака, тронутые теперь позолотой и присыпанные по воздушным краям розовой пудрой.
А для него любовь была волной – накрывающей с головой, сбивающей с ног, ярой.
Только вот волны – рабы Луны. Сейчас на берегу Антона сизигийский прилив. Но если начнется отлив, что мне делать?
Или это лишь мои подозрения?
«Здорово же ты говоришь о своих чувствах!» – написала я парню.
«Любовь – это сумасшествие, Катя. Жди», – был краток он.
Я послала несколько разноцветных сердечек и долго провожала взглядом рассвет, а после вернулась в пустую уже кухню: Томас и Алексей соизволили разойтись по комнатам.
Следом за мной туда притопал и Эдгар, с мешками под глазами, всклокоченными волосами, но весьма довольный. Он разговаривал по телефону, не замечая меня, стоящую у плиты с туркой.
Беседа его была крайне забавной."
"– Да там вся пати слегла, Кира, – вещал он крайне подозрительным тоном: обычно в его глухом голосе не было столько эмоций. – Такое рачье собралось дикое из их клана, что даже ньюфаги себя богами почувствовали.
Кира, видимо, что-то стала говорить в ответ, а брат ее внимательно слушал, так и не видя меня – летал где-то в своих виртуальных мирах.
– Да, вместе пойдем в данж, – говорил он. – Апнусь только. Ты во сколько в реале входить будешь?
– Что за Кира? – спросила я громко.
Брат дернулся и как-то затравленно на меня посмотрел, закашлявшись от неожиданности.
– Я тебе потом перезвоню, – сказал он в трубку и отключился.
– Ну-ка, ну-ка, это кто? – уставилась я на него с интересом. – Та девочка из Владивостока? – вспомнились мне слова сестры, которая подсмотрела его переписку с какой-то девчонкой.
– Мальчик из Калининграда, – огрызнулся Эд, взлохматив волос.
– Такой большой, а все как ребенок.
