– Ты ненормальная! – воскликнул он.
– Еще какая, – подтвердила с мерзкой улыбочкой Ниночка. – Хочешь жить без проблем – не распускай язык.
До отеля, у которого, слава богу, никого из фанатов пока не было, мы добрались молча и, видимо, Матвей жалел, что согласился подвезти нас посреди ночи. Попрощался он только лишь со мной, но когда я обернулась, то увидела, как странно Матвей смотрит вслед Нине: с задумчивой жадностью. Оценивая."
"Все-таки он неравнодушен к Журавлю. Но говорить ей об этом я не стала.
В номере, приняв душ и переодевшись, мы с подругой расположились в гостиной, с ногами усевшись на диван.
Мелки смылись, однако волосы после них, мягко говоря, были не очень – казались сухими на ощупь. И пришлось наносить друг другу на головы специальное масло, которое не нужно было смывать. Нинка сидела сзади, перебирая мои пряди, и увлеченно рассказывала о своих ощущениях на концерте:
– Это было супер, – говорила она восхищенно. – Даже несмотря на то, что солист «Лордов» – оживший отход.
Но поет он все же потрясно. Хоть душонка-то поганая, а выкладывается на концертах, – вынуждена была признать подруга. – Не зря в сети на англоязычных форумах говорили, что у «Лордов» одни из лучших концерты. Божьи одуванчики! – воскликнула вдруг она. – Я до сих пор не могу поверить, что была на этом концерте! И у меня есть автографы, – расхохоталась Журавль счастливо.
От эмоций она казалось пьяной.
Навосхищавшись вдоволь, Нинка продолжила рассказ:
– Народу в фанку набилось, как грешников перед воротами рая.
Смотри! – приподняла она длинную свободную майку, продемонстрировав на бедрах пару синяков. Я изумленно ахнула.
– Это я получила, когда толпа сзади напирать стала, – похвасталась подруга. – Я же стояла почти у самой сцены – спасибо Горилле и его дружкам. Подари им, Боже, алконавтам, по бутылке пива или даже по две, – смиренно добавила она, соединив ладони, как при молитве.
– То есть тебе было все здорово видно? – полюбопытствовала я.
– Более чем. К тому же Горилла вовремя отодвинул одного высокого перца, стоящего передо мной.
Но хорошо, что я стояла не у самого ограждения. Эти идиоты, – Журавль фыркнула, – проломили его своими дубовыми телами. Одна девка ребро сломала – ее уводила охрана. А еще одна, – тут Ниночка не сдержала злорадного смеха и чуть сильнее, чем нужно, потянула меня за прядь, – поймала палочки Октавия и в обморок рухнула. От счастья. Вообще-то поймать их хотела я, но эта тупая стерва меня оттолкнула.
