Потрясенной она не выглядела, словно заранее знала исход дела.
– Кажется, наша победительница не в силах выговорить ни слова, – весело сказала одна из ведущих, заполняя паузу в эфире.
– Это розыгрыш? – вдруг спросила я, глядя при этом на подругу.
Ведущие рассмеялись.
– Вот до чего доводят наши конкурсы! Нет, это не розыгрыш! Вы – наша победительница. Сейчас вы в прямом эфире нашего радио и вас слушают миллионы, – поведала мне задушевным тоном одна из ведущих.
– И миллионы завидуют! – встрял второй.
– Как вас зовут? – спросила третья.
– Ка… – тут я увидела зверское лицо подруги перед собой и поправилась, вспомнив ее слова. – Нина.
– Канина?.. – удивленно переспросила девушка. Ее коллеги захрюкали от смеха на заднем плане.
Журавль, хлопнув себя по лбу, закатила глаза. Кем-кем, а Каниной ей быть не хотелось.
– Просто Нина, – хрипло отвечала я.
– Отлично! Просто Нина – кстати, отличное имя! – в каком городе вы находитесь?
– Сейчас – в Москве.
– А обычно? – поинтересовался ведущий.
Я со вздохом назвала родной город.
– Какое совпадение, что вы в Москве! – обрадовались работники радио.
Совпадение ли…"
"Я кинула тяжелый взгляд на сияющую Журавля. Она ослепительно улыбнулась мне.
– Нина, а как давно вы слушаете музыку «Лордов»? – всеми силами пыталась вытащить меня на диалог ведущая.
Слушаю? Да никогда я их не слушала. Так, слышала пару песен. Однако я понимала, что ляпнуть такое не могу, и в отчаянии оглянулась на подругу. Та тотчас растопырила перед моим носом восемь пальцев с длинными нежно-розовыми ногтями.
– Восемь лет, – послушно отвечала я, чувствуя, как подрагивает голос. Кошмар, и сейчас его слышат несколько миллионов человек – слушателей!
Журавль покрутила около виска с самым кислым видом и зашипела:
– Восемь месяцев, дурында! Какие восемь лет?!
– Восемь лет? – изумился и ведущий.
– А разве команда восемь лет назад образована? Я думала, немного позже, – встряла одна из его коллег.
– Я хотела сказать три года, – спешно поправилась я, чувствуя, как колотится сердце.
– Перепутала.
Моя дорогая подруга воздела руки к потолку, за которым находилось гипотетическое небо, явно вопрошая: «За что?!» Я с великой неприязнью глянула в ее сторону. Подставила, да еще и потешается. А из глаз так и сыплются тараканьи искры. Ну, Журавль, я тебя отблагодарю.
– Три года – это срок, – тотчас отреагировала ведущая. – Серьезный такой! А любимчик в команде есть?
– Какие любимчики? – встрял ведущий.
