Особенно хвалили лидера и по совместительству солиста.
– Здорово, конечно, – сказала, прочитав это, Катя, переведя взгляд на афишу и изучая музыкантов.
Ей почему-то казалось, что точно так же кто-то смотрит на парней из «На краю» и тоже видит в них не людей, а потусторонних сущностей. – Ты так радуешься, потому что собралась на концерт?
– Конечно! Это же уникальная возможность увидеть моих малышей! – находилась в эйфории Нинка. – И вообще, сначала Лордики не должны были лететь к нам, и я уже думала, что смогу попасть на их концерт только в Париже.
И то, если траблов с отцом не будет. А тут… – И она восторженно замолчала. Катя только головой покачала. Что-то подсказывало ей, что в Гекторе Нина может разочароваться еще больше, чем к Кее.
– Я рада, что ты поедешь на их концерт, – искренне сказала темноволосая девушка, видя, как радуется подруга – искренне, почти по-детски.
– И ты тоже поедешь, – поспешила ее обрадовать Нинка. – Мой дорогой папочка не отпустит меня одну.
Ах, Катька, какой все-таки Гектор невероятный. Мужчина из мечты.
– Из розовой, – улыбнулась в ответ ее подруга.
– Почему розовой? – отвлеклась от восхищения Нинка.
– В цвет твоих очков, – подразнила ее Катя, которая постепенно приходила в себя.
– Это мои слова! – живо возразила Журавль.
Вот так, препираясь, они и добрались до того самого ресторанчика, в который Ниночка хотела попасть, и до вечера подруги сидели там, разговаривая обо всем на свете – долгая разлука дала о себе знать.
После они погуляли по вечерним улицам и, когда темнота опустилась на город, наконец-то распрощались, условившись завтра вместе пойти по магазинам.
– Уже скучаешь по нему? – напоследок, когда девушки стояли уже около подъезда дома Радовых, вдруг спросила Нинка, и Катя удивленно посмотрела на нее, сразу поняв, кого та имеет в виду.
– Я не осознала, что он уехал, – призналась она.
– Ты у меня глупая, – сказала Нинка насмешливо и даже потрепала подругу по волосам, пообещав: – Ничего, скоро осознаешь.
Но тебе повезло, что рядом есть я, – и для наглядности блондинка постучала указательным пальцем по груди.
– А ты у меня хорошая, – сказала Катя, и Нинка лишь фыркнула и вскоре ушла, громко стуча каблуками. В ушах ее были наушники – играла любимая музыка «Лордов»."
"Катя провожала фигуру Нины взглядом до тех пор, пока блондинка не скрылась за поворотом, а после перевела взгляд на небо, высокое и чистое.
