– Добрый день. Это опять я, – проговорила Дина, не обращая на музыканта в солнцезащитных очках никакого внимания. – Такие обстоятельства… Я возвращаюсь домой. И то, что мы хотели, нужно отложить. Иначе Кирилл может догадаться. Нет-нет, не вы. Я сама. Сглупила случайно… Проговорилась на эмоциях. Нужно перенести… И еще – прошу об услуге. Кое-что отправлю вам в письме…
Разговор показался Кезону не слишком интересным, и он двинулся к выходу.
«Если мы еще раз увидимся, Катя, я тебя больше не отпущу, – вдруг подумал он.
– И ты расскажешь мне, каково любить таких, как я и малыш Кей. А лучше покажешь».
Из аэропорта он уезжал в отличном настроении.
* * *– И-ди-от-ка! – сложив ладони рупором, прокричала Нинка подруге, уже сидя в комфортабельном салоне такси, которое ждало девушек на стоянке – она заранее вызвала его, как только приехала в аэропорт. Чувства чувствами, но вот о своем комфорте Журавль не забывала позаботиться никогда, действуя в этом случае в соответствии с принципом: кто, кроме меня?
– Знаю, – хмуро отозвалась Катя, все еще тяжело дышавшая после стремительного бега.
Спасение в виде Нинки появилось внезапно, но особой деликатностью не отличалось.
– Как можно было спалиться перед этими сумасшедшими девками? Уму непостижимо – моему, разумеется, – недоумевала Нина. – Ну и фанатки у этого долбодятла, просто жесть! Под стать кумиру. Хотя какой он кумир – так, кумиришко невразумительное. С-с-сопляк, – прошипела она по-змеиному, не в силах забыть грандиозную игру Кея. Если бы он играл не с Катей, она бы даже оценила эту забаву по достоинству.
– Но ты видела, как они дружно упали? – захохотала блондинка, ничуть не смущаясь весьма заинтригованных взглядов, которые бросал на девушек через зеркало заднего вида водитель.
– Видела, – все так же хмуро отозвалась Катя.
– Не иначе, как кара Божья их настигла, – веселилась Журавль. – Ну и рожи у них были – и так не красавицы, а тут вообще хоть без очереди к пластическому хирургу шуруй. И… Эй, ты чего такая вялая? – ткнула она подругу в бок.
– Уже страдаешь по своему блудоногому? Да ладно тебе, Катюха, он же обещал озарять наше захолустье своим сиянием. Приезжать то есть.
Это была максимальная поддержка, на которую была способна Журавль, и Катя это знала.
– Ревела? – строго осведомилась Нинка.
– Немного, – слабо улыбнулась ее темноволосая подруга.
– Ну и дура, – вынесла вердикт Журавль.
– Я же не железная леди, как ты, – отвечала та спокойно, ничуть не обидевшись.
