Сейчас следовало сосредоточиться на другом, но, черт возьми, как тяжело было это сделать!
Катя. Катя. Катя.
Его Катя. Беззащитная, хрупкая и такая сильная. Ни проронила ни слезинки, и Антон был благодарен ей за это.
Он не хотел, чтобы она плакала, хотя она плакала из-за него много раз. Парадокс.
В какой-то момент Антону показалось – уже в который раз, – что на него смотрит кто-то еще, помимо любимой девушки, но кто, парень так и не понял. Слишком уж много было в терминале людей.
Уже стоя в небольшой очереди на предполетный досмотр, неподалеку от рамок, Арин вдруг спросил:
– Сожалеешь?
– Что? – не сразу вынырнул из своих мыслей Антон.
– Хотел остаться с ней?
– Что за вопросы? – поморщился Тропинин.
Говорить об этом ему не хотелось. А друг любил выбирать больные темы – больные для других, естественно. Потому что говорить о том, что остро беспокоило его, не желал. Он почти никогда не говорил о своей Ольге. Так, пару раз, когда был порядочно пьян.
– Не знаю, что было бы, если бы ты все бросил и остался, – своим обычным спокойным голосом продолжал Арин.
– Это бы был конец. Так?
– Не так, – ухмыльнулся неожиданно Кей. – Я – профессионал. И ты прекрасно знаешь, что музыка – не только мое хобби, но и моя работа, чел. И твоя тоже. Ты никогда не думал, что нужно искать баланс между работой и личной жизнью?
– Спасибо, – тронула легкая улыбка тонкие губы длинноволосого. Кажется, он ждал этого ответа.
– Идиот, – фыркнул Антон и прошел вперед – на досмотр.
Слова, выгравированные на обратной стороне серебряного браслета, въелись ему в память."
"«Не забывай меня. Ведь я помню о тебе всегда. К.»
Когда они с парнями усаживались на свои места в самолете, Антон улыбался, глядя в иллюминатор. И совсем скоро он окажется в царстве Кати – среди облаков.
С этими мыслями он засунул в уши наушники с любимыми треками.
По крайней мере, над ними всегда будет одно небо.
Келла, сидящий рядом, с недоумением и почти брезгливо смотрел на друга и изредка качал головой.
Влюбился – вот мудак, а?
Андрей, который сегодня с группой не летел, но провожал, вернее, контролировал, чтобы все пятеро музыкантов и техники успешно погрузились в нужный самолет, чуть не съел Кея, когда тот просто взял и, отдав вещи Арину, свалил прочь от регистраторской стойки к своей милашке. И успокоился только тогда, когда Тропинин принес свою задницу обратно.
Зато поспешный уход Кея дал классный повод поржать.
