– Как кидать камни во вшивую собаку.
– Притормози, Журавль. Помни, с кем разговариваешь. Иначе вшивая собака перегрызет тебе горлышко. И передай своей подруженьке, – на ухо Ниночке проговорила Алина ласковым голоском, зная, на что нажать, – я заберу свое. Я всегда забираю. Она пожалеет. Дракон – мой.
– Какого Дракона, Лескова? – спросила Нина, смеясь. – Ты трипуй, но в меру. Ау, очнись, мы не в фэнтези! Хотя твой братец похож на эльфа, признаю. Сэдбой. Я все-таки познакомлюсь с ним поближе.
Журавль не выглядела растерянной, хотя упоминание о Кате задело ее, да еще как – аж кровь вскипела, и надрать задницу проклятой Лесковой захотелось сильнее.
– Позабавлюсь с ним немного. Всегда мечтала намотать мужские волосы на кулак. Знаешь ли, нравится быть доминантой, – поделилась она.
У каждого сильного человека есть свое слабое место. У Нины это была Катя, а у Алины – Арин. И теперь обе девушки смотрели друг на друга с неприкрытой ненавистью. Чувство это со стороны Лесковой подпитывалось алкоголем – сегодня она выпила немало, а со стороны Ниночки – бурей чувств, которые вызвало появление Келлы, и ей очень нужна была разрядка.
Алина положила руку на плечо Нины.
– Еще слово о моем брате, – проговорила она тихо – Журавль едва расслышала ее голос из-за музыки. – И я тебе кишки выпущу.
– Закрой флудило, – посоветовала ей мрачно блондинка. – Хотя лучше открой пошире, чтобы я твои кишки прямо оттуда вытащила.
* * *Пока эти две замечательные во всех отношениях девушки вели сей содержательный разговор, стоя так близко друг к другу, что, казалось, вот-вот обнимутся, на них весьма выразительно пялилась компания молодых людей, отдыхающая у столика рядом с барной стойкой.
– Какие девочки, – сказал с придыханием один из парней, засмотревшись на Нину и Алину. – Вот бы их обеих закадрить…
– Отменные, – подтвердил его друг, не зная, что ему больше нравится: ножки одной или декольте другой. – Фигурки – класс!
– Только они, по ходу, того… – Встрял третий, рыжий, с бокалом пива в руке.
– Чего – того? – не поняли остальные.
– Не той ориентации, – уверенно проговорил рыжеволосый, глядя сначала, как брюнетка, улыбаясь, касается лица блондинки, а после и вовсе по-свойски кладет руку ей на обнаженное плечо. Да и блондинка была не промах – полезла к какой-то девице с приставаниями. То, что Ниночка всего лишь вытерла о ту самую девицу помаду, с этого ракурса видно не было. Да и разговор Журавля и Лесковой, естественно, никто не слышал.
