Кто-то, увидев черные набухшие тучи, предпочел спуститься вниз, многие переместились в крытую зону площадки. А я застыла на одном месте, чувствуя, как играет с волосами ветер и как первые холодные капли падают на руки. Небо хмурилось облаками, как ребенок, который вот-вот заплачет. А мне даже плакать не хотелось. Пусть за меня это сделает небо – мы ведь с ним так хорошо знакомы и сейчас смотрим друг на друга с непозволительно близкого расстояния.
Я не боюсь дождя. Я не боюсь воды. Я всегда тону, и мне уже больше не страшно.
Одна из капель попала точно на щеку, оставляя на ней мокрый след, словно большая холодная слеза. Я смахнула ее – надо же, на моем пальце частица того самого неба, пусть даже в виде простой капли…
Я улыбнулась случайному открытию – неужели вода может быть небом?
И тотчас улыбка стерлась с лица.
Господи, что мне теперь делать?..
Больше не было смысла тонуть в воде. Мне хотелось утонуть в черном грозовом небе…
…в себя меня привело внезапное движение за спиной – чьи-то широкие ладони вдруг закрыли мои глаза.
Я замерла и, кажется, даже забыла, как дышать.
Тот, кто молча стоял позади, появился на смотровой площадке одного из самых высоких зданий этого чужого огромного города совершенно внезапно. И почти умершая надежда попыталась воскреснуть.
Неужели?..
– Антон? – прошептала я.
Человек не убирал ледяных рук, и я горько рассмеялась, поняв, что ошиблась. Его ладони совсем другие: не теплые и не холодные… Странные.
И от пальцев его пахло не привычным кофе, а лимоном. Антон ненавидит цитрусовые.
– Кирилл?
На небе сверкнул росчерк молнии, а холодные пальцы скользнули по моей скуле вниз.
* * *МайДлинные гудки.
«Абонент находится вне зоны действия сети».
«Аппарат абонента не отвечает или временно недоступен».
Андрей Коварин, менеджер популярной рок-группы «На краю», с трудом сдержал себя, чтобы не швырнуть телефон в стену. Вот уже второй час он пытался дозвониться до своих музыкантов, но терпел неудачу за неудачей: ответом ему был то механический женский голос, то противные гудки.
И где они только шляются, когда давно должны были быть здесь, в студии, на записи передачи!"
"Этот видный мужчина, облаченный в деловой, идеально выглаженный дорогой костюм однобортного покроя, кинул на наручные часы короткий взгляд и вновь выругался. Прямой эфир вот-вот должен был начаться, а этих самодовольных дураков все еще не было.
