– Я у тебя много времени не отниму! Вот скажи мне, какого черта ты с собой делаешь?
– Я? Люб, ты про что вообще?
– Про то, что жвачка не спасает от перегара, Маша! Ты уж если в таком состоянии на работу приходишь, лучше перед выходом кофе жуй.
– Ты что?! Да ты что? Ты думаешь… – начала я и вдруг поняла, что больше так не могла. Все… Наступил предел. Не могла я играть, не могла сдерживаться! Рыдания, которые я себе обычно позволяла, лишь когда оставалась одна, подкатили к горлу. Слезы брызнули из глаз, как у клоуна в цирке.
Боль из меня сочилась… Боль и невыносимый стыд. Что если не одна Любка это учуяла? Что если дети, а?
Я заткнула рот кулаком и сползла спиной по металлическим воротам гаража.
– Машка! Ну, ты что? Что случилось-то? – переполошилась подруга.
– Ой, Люба… Ты не поймешь.
– А ты попробуй. Чай не дура. Лучше выговорись, чем в одно рыло. Что ты хоть пьешь? Водку?
– С ума сошла? Вино. Совиньон.
– Совиньон, – перекривила меня подруга. – Это ничего не меняет. А то ты не знаешь, как у нас в деревне спиваются.
Или решила, раз теперь городская, тебя эта участь минует? Так нет. В деревне хоть в магазин лишний раз за пойлом стыдно идти. А в городе – ходи – не хочу. Никто тебя не знает. Никому до тебя дела нет.
– Ну вот. Ты уже осуждаешь, а я ведь ничего даже рассказать не успела, – тупо пялясь перед собой, прохрипела я.
– Я просто переживаю за тебя, дурочка! Смотреть на тебя больно. Ну? Рассказывай, давай. На вот… – Любка нырнула в свою безразмерную сумку. Достала пачку сигарет и протянула мне вместе с зажигалкой.
– У Завьялова сегодня конфисковала, – гордо пояснила она, срывая с моих губ совершенно неуместный смешок. Истерика подступала. И вот так вырывалась наружу. Дрожащими пальцами я вынула сигарету, сунула в рот и подкурила.
– Кхе-кхе…
– Ты что, курить не умеешь?
– Пробовала пару раз в институте.
– В себя дым пускай. И неглубоко. Не то отъедешь.
Затянулась. Стало, и правда, легче. Будто и мои чувства заволокло дымом. Я блаженно зажмурилась. Вот это да… На четвертом десятке я, наконец, поняла, зачем люди курят.
– Спасибо, – от души поблагодарила Любку.
– Это из-за пожара, да?
– А?
– Вот это все с тобой. Из-за пожара?
Я отрицательно мотнула головой. Хотя кошмары все так же преследовали меня по ночам. И, наверное, пожар тоже внес свою лепту в мое состояние. Но все же не из-за него все пошло под откос.
– Нет.
– Тогда Покровский?
Я резко вскинула ресницы. Пошатнулась, уставившись на Любку во все глаза.
